Speech

NATO MULTIMEDIA ACCOUNT

Download NATO’s broadcast-quality video content free of charge

Log in

No account?

Create an account

Forgot your password?

Reset password

NATO MULTIMEDIA ACCOUNT

Access NATO’s broadcast-quality video content free of charge

Create an account

First name*

Family name*

Email address*

Password*

Repeat password*

Occupation

Nationality

I accept the Privacy Policy and Terms of Service.

Добрый день! Хендрикс, большое спасибо за столь теплый прием в TalTech. Спасибо также студентам, исследователям и преподавателям, которые сегодня здесь с нами.

В предыдущий раз я выступал перед студентами здесь, в Таллине, в октябре 2024 года, и за эти два года многое изменилось. Россия потеряла в Украине сотни, сотни тысяч военнослужащих, а Путин, вместо того чтобы говорить о мире, продолжает отправлять огромное число людей на убой, не добиваясь никаких реальных результатов.

На фоне этих неудач на поле боя Россия усилила жестокие воздушные удары по мирному населению Украины и, как вы знаете, развернула кампанию гибридных атак по всей Европе, в том числе здесь, в Эстонии, чтобы ослабить нашу поддержку Украины. Кроме того, произошел значительный прогресс в области искусственного интеллекта и автономных систем, о чем вы здесь, в Техническом университете, прекрасно знаете.

Но изменился не только мир — изменилась и НАТО: мы проводим трансформацию исторического масштаба, укрепляющую наш Союз. На саммите НАТО в Гааге в 2025 году союзники обязались к 2035 году довести ежегодные расходы на оборону до 5 % ВВП. С тех пор они действительно добились значительного прогресса: некоторые уже достигли целевого показателя в 5 %, а Эстония даже превысила его.

Союзники используют эти средства для развития передовых оборонных возможностей: беспилотников, спутников, летательных аппаратов, систем с применением искусственного интеллекта и многого другого. Наращивая свои возможности, европейские союзники и Канада активизируют усилия и берут на себя больше ответственности за нашу общую безопасность — не только для более сбалансированного распределения ответственности ними и Соединенными Штатами, но и для укрепления европейской опоры НАТО и дальнейшего упрочения трансатлантических связей, лежащих в основе нашего Союза.

Все это формирует НАТО 3.0 — более сильный, более справедливый Союз, обладающий более широкими возможностями, в котором Европа, Канада и Соединенные Штаты совместно обеспечивают безопасность миллиарда жителей стран-членов нашего Союза.

Мы проводим преобразования с расчетом на будущее, но уже сейчас НАТО готова и способна защищать каждую пядь нашей территории, и союзники по НАТО в полной мере привержены статье 5 нашего учредительного договора, согласно которой нападение на одного из нас — это нападение на всех нас. Именно об этом все союзники заявили на саммите в Анкаре, подтвердив свою непоколебимую приверженность коллективной обороне. И это мой основной посыл сегодня. НАТО поддерживает Эстонию перед лицом любой угрозы.

Хочу сказать предельно ясно: непосредственной военной угрозы территории НАТО нет. Если начнется сосредоточение сил, подобное тому, которое предшествовало полномасштабному вторжению России в Украину в 2022 году, мы это увидим и примем соответствующие меры. Мы готовились и готовы к этому, и именно поэтому Путин не нападает на нас напрямую, а ведет против нас кампанию гибридных атак.

Но перед лицом этих угроз мы должны предотвращать, готовиться и проявлять стойкость. Предотвращать нападения, сохраняя бдительность и продолжая укреплять нашу мощную оборону. Готовить наши общества к тому, чтобы они могли выдержать любые сбои. И, несмотря ни на что, неизменно поддерживать Украину. Путин хочет запугать нас, разделить нас и ослабить нашу поддержку Украины, но ему это не удастся, потому что мы едины в своей решимости поддерживать Украину. Потому что мы намерены защищать нашу свободу и наш образ жизни и обеспечивать себя всем, что для этого требуется, посредством инвестиций, инноваций и развития промышленности.

И здесь Эстония также подает пример. Вы выделяете 5 % ВВП на основные оборонные потребности — жизненно важные военные возможности, необходимые для защиты нашего Союза. Вы поддерживаете Украину. Более того, в пересчете на душу населения вы входите в число стран, оказывающих Украине наибольшую поддержку. Эстония занимает ведущие позиции по расходам на оборону и поддержке Украины, потому что вы знаете: свобода имеет свою цену, и ее стоит платить ради сохранения независимости и безопасности.

Эти инвестиции идут на пользу и Эстонии, и НАТО. Эстонские стартапы разрабатывают передовые технологии, а НАТО поддерживает их через свой Катализатор оборонных инноваций DIANA здесь, в Таллине. Эстонские технологические компании производят беспилотники, средства перехвата воздушных целей, системы кибербезопасности, программное обеспечение для боевых действий, системы накопления энергии и многое другое.

Эстонские оборонные предприятия тесно сотрудничают с компаниями из других стран-союзников и партнеров НАТО, сочетая сильные стороны Эстонии в области программного обеспечения, искусственного интеллекта и автономных систем с возможностями тяжелой промышленности и значительными ресурсами других стран.

И одновременно все это способствует росту экономики Эстонии, создавая достойные рабочие места для квалифицированных специалистов и возможности для людей с хорошими идеями. А Эстония, как мы знаем, — это страна, где хорошую идею можно воплотить в жизнь. Многие из присутствующих уже сделали это или, несомненно, сделают в ближайшем будущем.

Кроме того, это укрепляет НАТО. В рамках нашего Союза европейские союзники и Канада активизируют усилия, чтобы взять на себя ведущую роль в обороне Европы с использованием обычных сил и средств. Эстония — прекрасный тому пример. На военной базе Тапа вы принимаете Сухопутные войска передового базирования НАТО в Эстонии, помогая союзникам проводить подготовку на местности и приобретать опыт совместных действий. На авиабазе Эмари вы обеспечиваете размещение миссии НАТО по противовоздушной обороне, помогая союзникам защищать воздушное пространство НАТО по восточному флангу. Вы также сыграли ведущую роль в создании цифрового щита НАТО, делясь своим опытом в области кибербезопасности через расположенный здесь, в Таллине, Центр передового опыта НАТО по совместной киберзащите.

И особенно примечательно, что в Эстонии вклад в укрепление НАТО вносят не только национальные силы обороны, передовой технологический сектор или растущая оборонная промышленность — его вносят все. В НАТО мы говорим о подходе к обеспечению устойчивости с участием всего общества. На практике это означает, что каждый — школьник и пенсионер, строитель и руководитель компании — знает, что делать, когда приходит беда.

В Эстонии мы видим такой уровень гражданской готовности, какого хотели бы достичь во всех странах НАТО. Десятки тысяч людей добровольно участвуют в деятельности Союза обороны Эстонии, помогая повышать готовность страны. И я уверен, что многие из присутствующих участвовали в этой добровольческой деятельности или прошли военную службу. В школе вы приобретали навыки устойчивости: от базовых навыков выживания до медиаграмотности, позволяющей противостоять дезинформации. Эта модель гражданской устойчивости помогает Эстонии оставаться сильной и свободной. Делясь ею с союзниками по НАТО, Эстония помогает всему нашему Союзу укреплять устойчивость и твердо противостоять нарастающей волне российских гибридных атак. Этот дух солидарности внутри эстонского общества и с вашими союзниками по НАТО поистине вдохновляет. Ваши союзники по НАТО также стоят на вашей стороне.

И в этом духе солидарности я хочу завершить свое краткое вступление рассказом о таких же студентах, как вы, — студентах Таллинского технического университета и Тартуского университета. Это было в 1982 году, во время советской оккупации. Студенты поехали в летний комсомольский лагерь. Возможно, вы слышали эту историю. По замыслу, они в качестве дешевой рабочей силы должны были помогать советской экономике и приобщаться к старой доброй советской трудовой этике. В действительности они занялись другим. Они создали базу НАТО — в 1982 году, в оккупированной Советским Союзом Эстонии. Воспользовавшись отсутствием надзора, они написали протестную песню на мотив «Янки Дудл». Не беспокойтесь, петь я не буду, хотя здесь стоит фортепиано. Они изготовили таблички на английском языке, ввели строгий распорядок тренировок и даже каждый день устраивали послеобеденное чаепитие — ведь это была британская база НАТО.

Они и представить себе не могли, что через тридцать пять лет в Эстонии будет развернута многонациональная боевая группа НАТО под руководством Великобритании. И что один из них впоследствии станет послом Эстонии при НАТО и поможет подготовить почву для вступления Эстонии в НАТО в 2004 году. Я завершаю выступление этой историей, потому что это хорошее напоминание о стойкости и духе сопротивления, которые эстонцы проявляли на протяжении долгого периода советской оккупации. И хорошее напоминание о том, что очень часто в истории именно такие молодые люди, как вы, осмеливаются выступить против, посмеяться над теми, кто претендует на роль империи, и показать всему миру их слабость.

Мы переживаем серьезный момент. Россия жестоко атакует Украину. Она терроризирует Европу гибридными атаками. Она остается долгосрочной угрозой для НАТО. Но мы должны помнить: Россия делает это не потому, что она сильна, а потому, что она слаба. Не потому, что она побеждает, а потому, что находится в отчаянном положении. И пока мы стоим плечо к плечу, объединенные в НАТО, мы сильнее любой угрозы, исходящей от России. Пока у нас есть такие молодые люди, как вы, проявляющие смелость и творческий подход, наш Союз будет обеспечивать безопасность миллиарда наших граждан — сейчас и в будущем.

Спасибо.

Модератор, Сильвер Тамбур:

Спасибо, господин Генеральный секретарь. Теперь мы перейдем к вопросам. Пожалуйста, поднимайте руку, и кто-нибудь из двух моих коллег подойдет к вам с микрофоном. Кратко представьтесь и постарайтесь задавать как можно более лаконичные вопросы, поскольку у нас мало времени. Но сначала я сам задам вопрос, непосредственно связанный с собравшейся здесь аудиторией и нашим университетом. Думаю, у вас достаточно полное представление о том, что необходимо для нашей общей безопасности. Как вы считаете, какая инновация сегодня наиболее востребована или какая проблема либо вызов являются наиболее актуальными и требуют решения, над которым наши студенты и исследователи могли бы начать работать уже сегодня?

Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте

Мы работаем над широким кругом вопросов, но, разумеется, прежде всего стараемся извлечь все возможные уроки из опыта, который Украина сейчас приобретает в своем противостоянии Россией. Сразу оговорюсь: если бы мы оказались в состоянии вооруженного конфликта с Россией, он по ряду причин отличался бы от того, что сейчас происходит в Украине. Но одно из направлений, которые нам необходимо срочно развивать, — это технологии беспилотных летательных аппаратов и противодействия им.

Конечно, в этой области сегодня многое делается. У нас есть совместный центр в Польше, где мы изучаем и обобщаем все уроки войны в Украине. Это совместный центр НАТО и Украины, который позволяет нам оперативно распространять полученный опыт среди стран НАТО, чтобы они могли применять его в своей повседневной деятельности. И один из важных выводов заключается в том, что главное — не столько иметь готовые беспилотники на складах, сколько располагать возможностями для их производства тогда, когда в них возникает потребность. Ведь технологии беспилотных аппаратов постоянно меняются и стремительно развиваются.

Это одна из областей, в которых нам нужна помощь. И еще одна область, на которой я закончу, — противовоздушная оборона. Речь идет не только о технологиях противодействия беспилотникам, но и, в более широком плане, о необходимости развивать многоуровневую систему противовоздушной обороны. Мы уже занимаемся этим. Разумеется, у нас есть такие высокотехнологичные системы, как «Пэтриот» и SAMP/T, но необходимо также обеспечить, чтобы на каждом уровне этой системы мы могли эффективно и с разумными затратами защищать наше небо, особенно города и критически важную инфраструктуру.

Модератор, Сильвер Тамбур:

Спасибо. Итак, первый вопрос. Кажется, вот эта девушка подняла руку. Мой коллега сейчас подойдет к вам с микрофоном. А, прошу прощения, микрофон уже там. Хорошо. А затем ваша очередь.

Вопрос (студентка):

Спасибо. Мой вопрос касается гибридных атак. Как НАТО определяет, в какой момент гибридная атака фактически становится вооруженным нападением в соответствии со статьей 4 или статьей 5? Спасибо.

Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте

Да, мы намеренно не даем на этот вопрос однозначного ответа, поскольку не хотим раскрывать России или любому другому государству, настроенному против нас, лишнюю информацию о наших подходах. Нам ни к чему, чтобы они знали больше. Но что касается гибридных атак, хочу сказать, что Эстония, возложив ответственность за августовский инцидент на Россию и поделившись всей информацией с НАТО, оказала нам огромную помощь. Я призываю все союзников по НАТО поступать так же и делиться информацией. Это первое.

Хочу вас заверить, что в случае гибридных угроз в нашем распоряжении имеются все возможные варианты реагирования. Разумеется, мы не всегда можем предавать их огласке, и наши ответные меры не обязательно будут, так сказать, зеркальными. Мы сами будем решать, как и когда реагировать. Но, повторю, у нас есть все необходимые варианты реагирования. Один из примеров, когда наши действия были заметны, — запуск комплекса мероприятий «Балтийский часовой» после повреждения подводного кабеля между Финляндией и Эстонией в конце 2024 года. России этот комплекс мероприятий очень не нравится, а меня это, напротив, радует, поскольку он создает для нее серьезные дополнительные сложности и вынуждает нести значительные расходы. Мы видим, что все больше стран НАТО опираются на этот опыт, принимают меры, в частности, против российского теневого флота, который служит важным источником доходов. И буквально вчера мы вновь увидели, как Франция предприняла действия в отношении одного из таких судов. Таким образом, мы действуем все эффективнее, и это означает, что подобные действия не остаются без ответа. Просто вы не всегда будете видеть наши ответные меры.

Модератор, Сильвер Тамбур:

Спасибо. Еще один вопрос.

Вопрос (студент):

Спасибо, уважаемый господин Генеральный секретарь. Меня зовут [неразборчиво], я изучаю политические науки здесь, в Техническом университете. У меня вопрос об отношениях между НАТО и Европейским союзом. В своем выступлении о положении дел в Европейском союзе председатель Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен предложила инициативу по созданию собственного Совета безопасности ЕС, чтобы государствам-членам было проще задействовать статью 5 Североатлантического договора и, возможно, создать собственную статью 4 Европейского союза и задействовать ее. Как эта инициатива могла бы укрепить отношения между НАТО и Европейским союзом? И не следует ли Европейскому союзу создать собственную армию вместо того, чтобы каждое государство-член располагало своими вооруженными силами? Спасибо.

Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте

Хорошо. Спасибо за этот очень важный вопрос. Прежде всего хочу сказать, что между НАТО и Европейским союзом сложились очень прочные отношения. И не только на личном уровне, ведь мы с Урсулой фон дер Ляйен уже много лет коллеги. Дело еще и в том, что она в прошлом занимала пост министра обороны Германии, крупнейшего европейского члена НАТО, поэтому прекрасно разбирается в этих вопросах. Ее команда тоже хорошо в них разбирается, а сама она прилагает немало усилий, чтобы при необходимости это понимали и остальные в Евросоюзе.

В основе нашего взаимодействия лежит разделение обязанностей. НАТО отвечает за командование и управление, стандарты и все, что непосредственно связано с безопасностью миллиарда человек. Европейский союз, в свою очередь, может внести существенный вклад в мобилизацию финансовых ресурсов и развитие оборонно-промышленной базы. За устойчивость общества мы отвечаем совместно. То же касается военной мобильности: необходимо, например, чтобы мосты могли выдерживать не только автомобили, но при необходимости и танки. И, разумеется, речь идет обо всех остальных аспектах военной мобильности. Таким образом, у нас существует четкое разделение обязанностей.

Теперь о предложении, которое председатель Европейской комиссии выдвинула в сентябре в своем выступлении о положении дел в Европейском союзе. Я прекрасно понимаю, чего она хочет добиться, и убежден, что эта инициатива будет вполне совместима с деятельностью НАТО. Ведь на ЕС тоже возложены задачи в области обеспечения устойчивости и противодействие гибридным угрозам. Всего пару месяцев назад у нас состоялся содержательный разговор по этому вопросу в ходе совместной пресс-конференции. Что касается гибридных угроз, то, как я уже говорил, мы приветствуем эту инициативу и считаем ее полезной.

Что касается европейской армии, то здесь ситуация следующая. В НАТО располагает системой управления войсками, обеспечивающей слаженные действия вооруженных сил всех 32 стран-членов. Если нападению подвергнутся Нидерланды, Соединенное Королевство или Швеция, все будут знать, как действовать коллективно в рамках статьи 5, чтобы как можно скорее положить конец войне. Именно об этом говорил в своем замечательном выступлении в Варшаве в минувший понедельник генерал Гринкевич, Верховный главнокомандующий ОВС НАТО в Европе.

При этом в ее основе — вооруженные силы 32 стран НАТО. Если вы хотите создать единые европейские вооруженные силы, это возможно лишь при условии, что Эстония и другие страны согласятся отказаться от собственных вооруженных сил в пользу общей европейской армии. Возьмем Соединенные Штаты. У них единые вооруженные силы. У штата Нью-Йорк нет собственной армии или военно-морского флота, как нет их и у Мичигана. Есть единые вооруженные силы США. Поэтому и здесь все может работать только как единое целое. Для этого Нидерландам, Эстонии и другим государствам пришлось бы отказаться от суверенного права самостоятельно формировать свои вооруженные силы. Не думаю, что это произойдет.

А если у стран сохраняются отдельные вооруженные силы, необходимо иметь общую систему командования и управления, а также соответствующие планы. И все это у нас уже подробно разработано. Каждая страна знает, какие силы и средства она должна предоставить для коллективной обороны. Мы все знаем, кто и за что отвечает. Например, германо-нидерландский армейский корпус окажет помощь в случае возникновения соответствующей ситуации в этой части территории НАТО. Другие тоже знают, куда им необходимо выдвинуться. Все это предусмотрено планами. Иногда считают, что я против идеи европейской армии. Это не так. Но я против того, чтобы она существовала наряду со всеми национальными вооруженными силами, поскольку это чрезмерно усложнило бы систему. И, повторю, по соображениям государственного суверенитета я не думаю, что такая армия будет создана. Кроме того, с учетом существующей в НАТО системы командования и управления в ней нет необходимости.

Но у меня нет принципиальных возражений против этого, при условии что мы не будем ничего дублировать и создавать в ЕС собственные структуры, отдельные от НАТО. Иначе в случае нападения мы потратим недели на выяснение того, кто и за что отвечает. А когда наконец определимся, то окажемся в крайне сложном положении. Никому этого не хочется. Поэтому, на мой взгляд позиции ЕС и НАТО в отношении распределения задач и наиболее эффективного их выполнения в значительной степени совпадают.

Вопрос (студентка):

Здравствуйте. Меня зовут Лаура Элизабет, я изучаю технологии пищевых продуктов, пластмасс и текстиля. У меня к вам такой вопрос: кто в ком больше нуждается — Украина в НАТО или НАТО в Украине?

Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте

На этот вопрос трудно ответить. Если говорить об Украине, то прежде всего крайне важно не допустить, чтобы Россия добилась успеха в попытке оккупировать еще одну страну и колонизировать еще один народ в Европе XXI века, в 2020-е годы. Казалось, все это осталось в прошлом, особенно после распада Советского Союза и восстановления вашей независимости. Времена, когда одна страна вторгалась в другую, пытаясь ее колонизировать, казалось, безвозвратно прошли. Поэтому необходимость поддерживать Украину обусловлена прежде всего принципиальными соображениями. Но есть и практическая причина: и Украина, и НАТО заинтересованы в том, чтобы Украина могла и дальше развиваться как суверенное, независимое государство, способное самостоятельно защищать себя, в том числе после заключения мирного соглашения.

Трудно сказать, кто в ком больше нуждается. Сегодня мы многому учимся у Украины, но и украинцы продолжают учиться у нас. Например, в области технологий беспилотных летательных аппаратов и противодействия им мы перенимаем украинский опыт. В то же время НАТО по-прежнему может поделиться с Украиной ценными знаниями в области тактики и стратегии ведения боевых действий. Таким образом, это действительно взаимный процесс: мы учимся друг у друга, и каждая сторона может многое дать другой.

Модератор, Сильвер Тамбур:

Спасибо. У нас есть еще один вопрос.

Вопрос (студентка):

Да. Здравствуйте. Меня зовут Кристиан Петер. Я изучаю электроэнергетику и мехатронику здесь, в TalTech. Мой вопрос следующий. Примерно в это же время в прошлом году вас спросили, сможет ли Европа сравняться с Соединенными Штатами по своему... как же это называлось... присутствию, что ли. Кажется, вопрос звучал примерно так. В любом случае, как вы считаете, стала ли Европа к настоящему времени ближе к тому, чтобы сравняться с США, или, может быть, даже превзошла их?

Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте

Прежде всего стоит спросить себя, нужно ли нам вообще к этому стремиться. Насколько я помню, тогда меня спрашивали, сможет ли Европа действовать самостоятельно. На мой взгляд, есть веские основания сохранять наше единство — Соединенных Штатов, Канады и европейских стран НАТО. Вместе, по обе стороны Атлантики, мы гораздо сильнее, чем были бы по отдельности. Не забывайте, что НАТО играет важнейшую роль и в обороне самих Соединенных Штатов. Мы защищаем США от угрозы появления российских атомных подводных лодок у их берегов.

Мы обеспечиваем безопасность трансатлантического пространства, Евроатлантического региона, Крайнего Севера и Европы. И все это отвечает интересам Соединенных Штатов. Таким образом, США непосредственно заинтересованы в НАТО с точки зрения собственной обороны. А мы заинтересованы в участии Соединенных Штатов, обладающих огромной мощью, промышленным потенциалом и возможностями в области инноваций. И, разумеется, американский ядерный зонтик остается высшей гарантией нашей свободы, поэтому крайне важно сохранять участие США в НАТО. Вот почему я всегда сомневаюсь в целесообразности идти разными путями.

США определенно этого не хотят, и нам, европейцам, тоже не стоит думать, что мы можем обойтись без них. Но при этом европейским членам НАТО необходимо стать значительно сильнее. Сегодня мы видим, как Европа становится все более способной самостоятельно обеспечивать по крайней мере значительно большую часть своей неядерной обороны. Но на это потребуется время. Возможно, у вас в Эстонии основные расходы на оборону уже достигли 5% ВВП. Что касается остальных стран НАТО, то с учетом расходов, связанных с обороной, мы сейчас выходим примерно на 4%. И это уже весьма значительное достижение, учитывая, что с момента принятия в Гааге решения о десятилетнем плане увеличения расходов прошло всего полтора года.

Для создания всех необходимых сил и средств, набора мужчин и женщин в военной форме и реализации наших планов потребуется время. Нам нужно не только быть способными защищать себя сегодня, но и сохранять превосходство над Россией и другими через три, пять и семь лет. Но, повторю, давайте не будем идти разными путями. Я бы настоятельно предостерег от этого. Соединенные Штаты также выступили бы против. И я не думаю, что такой путь отвечает интересам европейцев.

Модератор, Сильвер Тамбур:

Перейдем к следующему вопросу. Господин в темно-синей рубашке уже давно ждет. Можно передать ему микрофон? Вот здесь, во втором… третьем ряду. Нет, простите, во втором.

Вопрос (студент):

Здравствуйте. Я тоже учусь в Taltech, в Морской академии. У меня такой вопрос: помимо гибридных атак, в Балтийском море также создаются радиопомехи, мешающие работе радиолокационного оборудования торговых судов. Например, я много раз слышал от моряков, что на судах перестают работать радары и системы GPS, из-за чего приходится пользоваться старыми картами и другими подобными средствами. Поэтому мой вопрос такой: что НАТО может сделать для безопасности торгового судоходства в Балтийском и других морях?

Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте

Вклад НАТО заключается прежде всего в том, чтобы обеспечить сбор всей необходимой информации, координацию действий и, при необходимости, осуществлять последующие шаги. Например, это может касаться «Балтийского часового» или «Восточного часового», направленного на защиту всего восточного фланга НАТО — от Финляндии до Черного моря. Последний был начат после нарушений воздушного пространства Польши в сентябре прошлого года.

Разумеется, отдельные государства, в том числе Эстония и другие страны, имеющие выход к Балтийскому морю, также несут особую ответственность. Они должны использовать все имеющиеся возможности для отслеживания передвижений судов и поддержания безопасности плавания собственных судов. И, повторю, везде, где это возможно, мы координируем наши действия в рамках НАТО. Конечно, мы не всегда можем раскрывать все подробности, особенно когда наши разговоры слушают россияне и другие заинтересованные стороны. Прежде всего НАТО служит площадкой для сбора и обмена необходимой информацией, согласования действий и принятия дополнительных мер там, где это требуется.

Модератор, Сильвер Тамбур:

Спасибо. К сожалению, отведенное нам время подошло к концу, и мы больше не можем принимать вопросы. Благодарю вас, господин Генеральный секретарь.