Стратегические концепции

  • Last updated 01-Dec-2021 09:25

Стратегическая концепция определяет стратегию Североатлантического союза. В ней излагаются долгосрочные цели, характер и основополагающие задачи НАТО в сфере безопасности, а также вызовы и возможности, с которыми Североатлантический союз сталкивается в изменяющейся обстановке в области безопасности. В Стратегической концепции также указаны элементы подхода Североатлантического союза к безопасности и представлены руководящие указания для его политической и военной адаптации.

 

  • Стратегические концепции предоставляют Североатлантическому союзу возможности для противодействия вызовам безопасности и направляют ход его дальнейшего политического и военного развития.
  • Они вновь подтверждают неизменную цель и характер НАТО, а также ее основополагающие задачи в области безопасности.
  • Они обновляются в целях учета изменений глобальной обстановки в области безопасности и для обеспечения надлежащей подготовки Североатлантического союза к выполнению своих основных задач, что делает трансформацию в широком смысле этого слова неотъемлемым элементом организации.
  • В действующей Стратегической концепции «Активное участие, современная оборона» (2010 г.) изложены три важнейшие основные задачи: коллективная оборона, кризисное регулирование и безопасность на основе сотрудничества.
  • На встрече в верхах в Брюсселе в июне 2021 года лидеры стран НАТО договорились разработать новую Стратегическую концепцию к встрече в верхах в Мадриде, которая пройдет в июне 2022 года.
  • C течением времени Североатлантический союз и весь остальной мир развиваются такими путями, которые основатели НАТО не могли предвидеть, и эти изменения находят отражение в каждом стратегическом документе, который выпускает НАТО.

 

  • Стратегическая концепция 2010 года

    Стратегическая концепция 2010 года «Активное участие, современная оборона» – четкое и решительное заявление о важнейших задачах и принципах НАТО, ее ценностях, меняющихся условиях безопасности и стратегических целях Североатлантического союза.

    НАТО описывается в концепции как «уникальное сообщество, основанное на ценностях и приверженное принципам свободы личности, демокра­тии, прав человека и верховенства закона». В ней представлены три важнейшие задачи НАТО – коллективная оборона, кризисное регулирование и безопасность на основе сотрудничества, а также подчеркивается солидарность Североатлантического союза, важность трансатлантических консультаций и необходимость постоянно осуществлять процесс реформ.

    Затем в документе дается описание обстановки в области безопасности 2010 года, определяются силы и средства и политические курсы, необходимые для обеспечения того, чтобы осуществляемые НАТО сдерживание и оборона, а также кризисное регулирование имели возможности для противодействия современным угрозам. Среди этих угроз, в частности, распространение баллистических ракет и ядерного оружия, терроризм, кибернетические нападения и фундаментальные экологические проблемы. В Стратегической концепции также утверждается, каким образом НАТО стремится укреплять международную безопасность посредством сотрудничества. Североатлантический союз будет делать это, прилагая более серьезные усилия в области контроля над вооружениями, разоружения и нераспространения, делая упор на политике открытых дверей НАТО в отношении всех европейских стран и значительно углубляя свои партнерские отношения в широком смысле этого слова. Помимо этого, в ней подтверждается, что НАТО и впредь будет осуществлять процесс реформ и трансформации.

  • Авторы документов и руководители, стоявшие за созданием стратегий НАТО

    С течением времени с 1949 года процесс принятия решений в отношении Стратегической концепции претерпел изменения, но неизменной особенностью является то, что Стратегические концепции всегда принимались союзниками на основе консенсуса. Североатлантический совет (САС) является органом, ответственным за принятие стратегических документов Североатлантического союза; последние Стратегические концепции были приняты на заседаниях САС на уровне глав государств и правительств во время встреч НАТО в верхах. Из семи Стратегических концепций, обнародованных НАТО с 1949 года, все были одобрены САС, за исключением документа ВК № 14/3.

    Документ ВК № 14/3 был подготовлен в 1968 году и принят Комитетом военного планирования (КВП), который был наделен теми же полномочиями, что и САС в тех вопросах, за которые он отвечал. После выхода Франции из интегрированной военной структуры в 1966 году было решено, что за все оборонные вопросы, в решении которых Франция не участвовала, будет отвечать КВП, в состав которого Франция не входила. Однако вскоре после того, как в апреле 2009 года Франция решила полностью участвовать в военных структурах НАТО, КВП был распущен во время серьезной реструктуризации комитетов НАТО в июне 2010 года, призванной сделать порядок работы более гибким и эффективным.

    Прежде чем документ поступит на рассмотрение в САС, он должен пройти несколько этапов консультаций, взаимодействия, разработки проектов документов, переговоров. Интересно отметить, что во время «холодной войны» Стратегические концепции преимущественно разрабатывались военными для утверждения политическим руководством Североатлантического союза. Это были секретные документы с отсылками к документам Военного комитета (ВК). После окончания «холодной войны» ведущую роль играют политические органы, опираясь на рекомендации военных органов. Это изменение обусловлено тем, что с 1999 года НАТО трактует безопасность значительно шире: диалог и сотрудничество являются неотъемлемой частью стратегического мышления НАТО. Помимо этого, Стратегические концепции 1991, 1999 и 2010 годов были несекретными документами и были обнародованы, как будет обнародована и Стратегическая концепция 2022 года.

    Дополнительной новизной Стратегической концепции 2010 года стала важность самого процесса подготовки данного документа. Он воспринимался как возможность добиться понимания и заручиться поддержкой многочисленных заинтересованных групп и участников с тем, чтобы вновь привлечь и подтвердить приверженность союзников по НАТО основным принципам, роли и политическому курсу Североатлантического союза. Кроме того, подобное обсуждение было расширено с тем, чтобы подключить к участию не только экспертов, но и заинтересованную общественность.

    Более того, впервые обсуждение проводилось по инициативе и под руководством Генерального секретаря НАТО. Он назначил группу экспертов высокого уровня, чей доклад «НАТО в 2020 году: гарантированная безопасность, динамичное взаимодействие» направлял ход обсуждений, прежде чем были проведены консультации с представителями государств-членов и подготовлен проект документа до заключительных переговоров и официального принятия концепции на встрече в верхах в 2010 году в Португалии.

    На встрече в верхах в Брюсселе в 2021 году главы государств и правительств стран НАТО приняли повестку дня «НАТО-2030» – комплекс конкретных мер для стимулирования адаптации НАТО и обеспечения того, чтобы Североатлантический союз мог адаптироваться к новой реальности, связанной с возросшей глобальной конкуренцией. Одним из важных решений, принятых лидерами стран НАТО в рамках «НАТО-2030», было предложение Генеральному секретарю НАТО Йенсу Столтенбергу возглавить процесс разработки Стратегической концепции 2022 года. С этого момента Генеральный секретарь положил начало внутренним и внешним консультациям и мероприятиям по взаимодействию. В них участвуют представители государств-членов, должностные лица из столиц, а также экспертные сообщества, страны-партнеры и другие международные организации, а также представители молодежи, гражданского общества и частного сектора. После этого этапа консультаций и взаимодействия союзники обсудят текст, основанный на предложениях Генерального секретаря, с целью одобрения лидерами новой Стратегической концепции на встрече в верхах в Мадриде в 2022 году.

  • Стратегические документы НАТО, начиная с 1949 года

    В сущности, с момента создания НАТО можно выделить три периода, в течение которых менялось стратегическое мышление этой организации:

    • период «холодной войны»;
    • период непосредственно после окончания «холодной войны»;
    • условия безопасности после 11 сентября 2001 года.

    Можно сказать, что с 1949 по 1991 год стратегия НАТО преимущественно определялась понятиями «оборона» и «сдерживание», хотя в течение двух последних десятилетий этого периода росло внимание к диалогу и разрядке. Начиная с 1991 года, был принят более широкий подход, в котором понятия «сотрудничество» и «безопасность» дополняли основополагающие принципы сдерживания и обороны.

    • С 1949 года до окончания «холодной войны» были разработаны четыре Стратегические концепции, сопровождавшиеся документами, в которых были сформулированы меры, направленные на реализацию Стратегической концепции вооруженными силами, под названиями «Стратегические указания», «Наиболее эффективная модель военной мощи НАТО на ближайшие несколько лет», «Меры по реализации Стратегической концепции»;
    • В период, наступивший сразу после окончания «холодной войны», были изданы две несекретные Cтратегические концепции, дополненные секретными военными документами («Директива ВК по реализации вооруженными силами Стратегической концепции Североатлантического союза» и «Руководящие указания ВК по реализации вооруженными силами Стратегии Североатлантического союза»).
    • После терактов 11 сентября 2001 года военная мысль, ресурсы и деятельность НАТО стали больше направляться на борьбу с терроризмом и  распространением оружия массового уничтожения, противодействие гибридным войнам, а также на новые и прорывные технологии; силы НАТО были задействованы за пределами евроатлантического региона, а количество государств-членов Североатлантического союза увеличилась до 30. На настоящий момент действует Стратегическая концепция НАТО, принятая в 2010 году, которая сопровождается документом «Руководящие указания Военного комитета» (ВК № 400/3) от марта 2012 года; Североатлантический союз осуществляет разработку новой Стратегической концепции с учетом того, что она будет принята на встрече в верхах в Мадриде в 2022 году.

    Период с 1949 года до окончания «холодной войны»

    Биполярная конфронтация между Востоком и Западом подчинила себе международные отношения в период с 1949 по 1991 год. Основной упор делался не на диалог и сотрудничество, а на напряженность и конфронтацию. Это привело к гонке вооружений, которая зачастую становилась опасной и дорогостоящей.

    Как упоминалось выше, в тот период были разработаны четыре Стратегические концепции. Кроме того, в течение этих четырех десятилетий были опубликованы два ключевых документа: доклад «Комитета трех мудрецов» (декабрь 1956) и доклад Армеля (декабрь 1967). В обоих документах Стратегические концепции рассматривались в более широком контексте, особо подчеркивались направления, влиявшие на условия, в которых интерпретировались Стратегические концепции.

    Первая Стратегическая концепция НАТО

    НАТО начала готовить стратегические документы уже в октябре 1949 года. Первый документ по стратегии НАТО от 6 января 1950 года, одобренный САС, получил название «Стратегическая концепция обороны Североатлантического региона» (документ № 6/1 Оборонного комитета) и стал первой Стратегической концепцией Североатлантического союза.

    В документе Оборонного комитета (ОК) № 6/1 была сформулирована общая стратегическая концепция Североатлантического союза. В документе утверждалось, что первоочередной функцией НАТО является сдерживание агрессии и что силы НАТО будут задействованы только в том случае, если первоочередная функция не будет выполнена и будет совершено нападение. Ключевыми элементами данного проекта стали также взаимодополняемость государств-членов и стандартизация. Подразумевалось, что участие каждого государства в обороне будет пропорционально его экономическим, промышленным, географическим и военным возможностям и что с помощью сотрудничества НАТО обеспечит оптимальное использование ресурсов. Подчеркивалось численное превосходство СССР в плане военных ресурсов, а также опора НАТО на ядерный потенциал США. В документе ОК № 6/1 заявлялось, что Североатлантическому союзу следует «обеспечить способность осуществлять оперативное проведение стратегической бомбардировки всеми возможными средствами, с применением всех видов оружия без исключения».

    Хотя документ ОК № 6/1 был достаточно подробным, потребовались дополнительные указания для пяти региональных групп планирования, существовавших в то время. Вследствие этого 6 января 1950 года региональным группам планирования был направлен документ «Стратегические руководящие указания» (13/16). Документ был озаглавлен «Стратегические указания по региональному планированию Североатлантического союза» № 13/16 и был официально утвержден Военным комитетом 28 марта 1950 года за номером ВК № 14.

    ВК № 14 позволил региональным группам планирования разработать подробные планы обороны для действий в условиях чрезвычайных обстоятельств на период до июля 1954 года (к тому времени Североатлантический союз намеревался создать внушительные силы обороны). Ключевыми задачами было «убедить СССР в том, что ведение войны невыгодно, а в случае развязывания военных действий – обеспечить успешную оборону» территорий государств-членов НАТО.

    Параллельно с этим документ № 13/16 также использовался региональными группами планирования в качестве основы для разработки дальнейших, более комплексных оборонных планов. Данные планы были объединены в документ ОК № 13, озаглавленный «Среднесрочный план Организации Североатлантического договора», который был утвержден Оборонным комитетом 1 апреля 1950 года, уже через год после подписания Вашингтонского договора.

    Стратегия НАТО содержалась фактически в трех основных документах:

    • документ ОК № 6/1, в котором излагалась общая стратегическая концепция;
    • документ ВК № 14/1, в котором были представлены более конкретные стратегические указания по оборонному планированию;
    • документ ОК № 13, в котором были отражены оба аспекта, а также значительный объем подробной информации по региональному планированию.

    Война в Корее и вторая Стратегическая концепция НАТО

    Вторжение дивизий Северной Кореи на территорию Южной Кореи 25 июня 1950 года непосредственно сказалось на НАТО и на стратегическом мышлении этой организации. Данная ситуация заставила понять, что НАТО необходимо было немедленно решить два основных вопроса: эффективность военных структур НАТО и численность войск (сил) НАТО.

    26 сентября 1950 года Североатлантический совет (САС) утвердил создание объединенных вооруженных сил под централизованным командованием; 19 декабря 1950 года САС предложил назначить генерала Дуайта Эйзенхауэра на должность первого Верховного главнокомандующего объединенными вооруженными силами НАТО в Европе (ВГК ОВС НАТО в Европе); уже в январе 1951 года из гостиницы «Астория» в Париже члены НАТО руководили процессом создания Штаба Верховного главнокомандующего ОВС НАТО в Европе, и 2 апреля 1951 года новый штаб ВГК ОВС НАТО в Европе приступил к работе. Осуществлялись и другие структурные изменения, включая упразднение трех европейских региональных групп планирования; в 1952 году вместо североатлантической региональной группы планирования было создано Верховное командование ОВС НАТО на Атлантике; при этом сохранилась лишь американо-канадская региональная группа планирования.

    Эти структурные изменения, как и вступление в НАТО Греции и Турции, необходимо было отразить в Стратегической концепции, в результате чего был составлен проект второй Стратегической концепции НАТО – «Стратегической концепции обороны Североатлантического региона», – одобренной на заседании САС 3 декабря 1952 года (документ ВК № 3/5 в заключительной редакции). В новой Стратегической концепции сохранялись основные принципы, обозначенные в документе ОК 6/1, и с этой точки зрения в ней не было кардинальных изменений по сравнению с данным документом.

    В связи с этим потребовалось обновить и Стратегические руководящие указания. Документ ВК № 14 был досконально переработан и пересмотрен, с тем чтобы в него вошли материалы, до этого содержавшиеся в документе ОК № 13. Документ ВК № 14 и ОК № 13 были объединены; новый документ получил название «Стратегические руководящие указания» (документ ВК № 14/1) и был утвержден на заседании министров САС, прошедшем с 15 по 18 декабря 1952 года в Париже. Это был комплексный документ, в котором было заявлено, что основной стратегической целью НАТО является «обеспечение обороны территорий государств-членов НАТО и пресечение стремления и возможности Советского Союза и его сателлитов вести войну…». Планировалось, что сначала НАТО проведет воздушное наступление и параллельно воздушные, сухопутные и морские операции. При ударах с воздуха силы НАТО будут использовать «все виды вооружений».

    Был и еще один момент, возникший в связи с корейским вторжением, но на который обратили внимание лишь через несколько лет: НАТО нуждалась в «передовой стратегии», означавшей, что организация стремилась разместить элементы обороны как можно дальше на востоке Европы, как можно ближе к «железному занавесу». В связи с этим сразу же встал непростой вопрос о роли Германии в выполнении данной задачи. Вопрос оставался нерешенным до 1954 года, когда НАТО предложила Федеративной Республике Германии вступить в организацию, и 6 мая 1955 года ФРГ стала членом НАТО.

    «Новый взгляд»

    В то же время, пока решались структурные вопросы, численность сил НАТО по-прежнему оставалась проблемой. На заседании САС в Лиссабоне в феврале 1952 года были намечены большие задачи по строительству ВС, которые оказались нереалистичными в финансовом и политическом плане. Вследствие этого Соединенные Штаты под руководством Дуайта Эйзенхауэра, бывшего ВГК ОВС НАТО в Европе, решили изменить направленность своей оборонной политики, сделав больший упор на применение ядерного оружия. Этот «Новый взгляд» предлагал бóльшую боевую эффективность без дополнительных затрат на оборону (документ Совета национальной безопасности № 162/2 от 30 октября 1953 года).

    Тем не менее, хотя в данных стратегических документах и упоминалось ядерное оружие, оно еще не вошло в стратегию НАТО. В докладе ВГК ОВС НАТО в Европе Мэтью Риджвея отмечалось, что подобное включение подразумевало бы увеличение, а не уменьшение уровня численности ВС. В августе 1953 года для рассмотрения данного вопроса его преемник, генерал Альфред Грюнтер создал при штабе ВГК ОВС НАТО в Европе группу по разработке «нового подхода». В то же время Соединенные Штаты вместе с рядом европейских государств-членов НАТО обратились с призывом полностью включить ядерную политику в стратегию НАТО.

    Массированный ответный удар и третья Стратегическая концепция НАТО

    Благодаря работе группы по разработке «нового подхода», а также другим предложениям, был подготовлен документ ВК № 48 «Наиболее эффективная модель военной мощи НАТО на ближайшие пять лет», одобренный Военным комитетом 22 ноября 1954 года и САС 17 декабря 1954 года. В документе были сформулированы стратегические указания на период до выпуска новой редакции документа ВК № 14/1, а также принципы и условия планирования, которые впоследствии были включены в третью Стратегическую концепцию НАТО.

    Документ ВК № 48 стал первым официальным документом НАТО, в котором открыто обсуждалось применение ядерного оружия. В документе была представлена концепция массированного ответного удара, которая обычно ассоциируется с документом ВК № 14/2 – третьей Стратегической концепцией НАТО.

    Дополнительный доклад, озаглавленный «Наиболее эффективная модель военной мощи НАТО на ближайшие несколько лет: отчет № 2», был подготовлен 14 ноября 1955 года. Он не заменил документ ВК № 14/1, но в нем дополнительно отмечалось, что НАТО по-прежнему привержена своей «передовой стратегии», несмотря на возможные задержки, связанные с участием Германии, из-за чего выполнение «передовой стратегии» станет возможным не ранее 1959 года.

    После продолжительной дискуссии документ ВК № 14/2, озаглавленный «Общая стратегическая концепция обороны территорий государств-членов НАТО», был подготовлен в окончательной редакции 23 мая 1957 года одновременно с документом ВК № 48/2 «Меры по реализации Стратегической концепции».

    Документ ВК № 14/2 стал первой Стратегической концепцией Североатлантического союза, выдвинувшей «массированный ответный удар» в качестве одного из ключевых элементов новой стратегии НАТО.

    Ряд государств-членов НАТО выступали за массированный ответный удар, считая его преимуществом снижение потребности в численности сил, а, следовательно, и оборонных расходов, однако не все страны-участницы изъявили желание заходить так далеко. Была предусмотрена определенная степень гибкости за счет того, что для реагирования на менее масштабные формы агрессии предусматривалось применение обычных вооружений и «необязательно применение ядерного оружия». Эта концепция была также отражена в сопроводительных стратегических указаниях. Но, несмотря на подобную гибкость, отмечалось, что НАТО не приемлет концепцию ограниченной войны с СССР: «Если бы СССР оказался замешанным во враждебных действиях локального масштаба и стремился бы расширить масштаб инцидента или затянуть его, обстановка могла бы потребовать применение всех видов вооружений и сил, имеющихся в распоряжении НАТО, поскольку концепция ограниченной войны с СССР не рассматривается ни в коем случае».

    Помимо того, что в документах ВК № 14/2 и 48/2 содержалась доктрина «массированного ответного удара», в них также были изложены иные опасения, в том числе в связи с последствиями для НАТО политической и экономической деятельности СССР вне зоны Североатлантического союза. Это было особенно актуально в контексте Суэцкого кризиса и подавления Советским Союзом восстания в Венгрии в 1956 году. Важность событий, происходивших за пределами территории государств-членов НАТО, нашла свое отражение в политической директиве СМ(56)138, которую САС направил органам военного управления НАТО 13 декабря 1956 года: «Несмотря на то, что оборонное планирование НАТО ограничивается районом применения Вашингтонского договора, необходимо учитывать опасность, которая может возникнуть для НАТО в связи с событиями, происходящими за пределами этой территории».

    Доклад «Комитета трех мудрецов»

    Одновременно с укреплением военных и стратегических позиций НАТО было принято решение об усилении политической роли Североатлантического союза. В декабре 1956 года, за несколько месяцев до принятия документа ВК № 14/2 НАТО опубликовала доклад «Комитета трех мудрецов» (доклад о невоенном сотрудничестве в НАТО).

    Этот доклад, подготовленный тремя министрами иностранных дел государств-членов НАТО – Лестером Пирсоном (Канада), Гаэтано Мартино (Италия) и Халвардом Ланге (Норвегия) – дал новый стимул для проведения политических консультаций между странами-участницами по всем аспектам отношений между Востоком и Западом.

    Доклад был принят в разгар Суэцкого кризиса, когда внутренние консультации по вопросам безопасности, затрагивавшим Североатлантический союз, оказались на особенно низком уровне, что подрывало солидарность Североатлантического союза. Впервые после подписания Вашингтонского договора НАТО официально признала необходимость усиления своей политической роли. В докладе приводилось несколько рекомендаций, в том числе: мирное разрешение разногласий между членами НАТО, экономическое и научно-техническое сотрудничество, сотрудничество в области культуры и в информационной сфере.

    Аналогично докладу Армеля, опубликованному в 1967 году, доклад «Комитета трех мудрецов» способствовал расширению стратегических принципов, которыми Североатлантический союз руководствовался в своих действиях. Оба доклада можно воспринимать как первые шаги НАТО на пути к укреплению сотрудничества по вопросам безопасности.

    «Массированный ответный удар» под вопросом

    Как только была принята третья Стратегическая концепция НАТО, на международной арене произошел ряд событий, которые поставили под вопрос стратегию «массированного ответного удара» Североатлантического союза.

    Данная стратегия во многом полагалась на ядерный потенциал Соединенных Штатов и их намерение защитить европейскую территорию в случае нападения с применением ядерного оружия со стороны СССР. Во-первых, европейцы стали сомневаться, что президент США пожертвует американским городом ради европейского; во-вторых, СССР развил свой потенциал межконтинентальных баллистических ракет и свой ядерный потенциал в целом. По мере наращивания ядерного потенциала СССР НАТО теряла свое конкурентное преимущество в области ядерного сдерживания. Стало использоваться понятие «взаимное гарантированное уничтожение».

    Спровоцированный Советским Союзом второй берлинский кризис (1958–1962) укрепил возникшие сомнения: как НАТО должна реагировать на угрозы, масштаб которых меньше, чем массированное наступление? Средства ядерного устрашения НАТО не удержали СССР от действий, угрожавших положению западных союзников в Берлине. Что следовало предпринять?

    В 1961 году Дж. Ф. Кеннеди стал президентом США. Его беспокоил вопрос об ограниченной войне и то, что обмен ядерными ударами мог произойти из-за технической неисправности или просчета. В то же время разрастался Берлинский кризис, приведший к сооружению Берлинской стены, а в октябре 1962 года «холодная война» достигла своей кульминации во время Карибского кризиса.

    Соединенные Штаты начали выступать за укрепление неядерной составляющей НАТО и создание стратегии «гибкого реагирования». Государства-члены НАТО провели первоначальное обсуждение вопроса об изменении стратегии, но консенсуса достичь не удалось.

    Афинские руководящие указания

    Генеральный секретарь НАТО Дирк Стиккер представил специальный доклад по оборонной политике НАТО (СМ(62)48) от 17 апреля 1962 года по вопросу политического контроля над ядерным оружием. По сути, это была первая попытка НАТО умерить собственную политику «массированного ответного удара», подчинив применение ядерного оружия механизму проведения консультаций при различных обстоятельствах.

    За этим последовали дополнительные попытки введения более гибкого механизма, но они встретили сопротивление со стороны отдельных членов НАТО. Это внутреннее сопротивление, а также тот факт, что администрация США была потрясена убийством Кеннеди и испытывала растущее беспокойство в связи с военными действиями США во Вьетнаме, немедленно заморозили обсуждение вопроса о пересмотре Стратегической концепции НАТО.

    Четвертая Стратегическая концепция НАТО и доктрина гибкого реагирования

    Четвертая Стратегическая концепция НАТО – «Общая Стратегическая концепция обороны территории государств-членов Организации Североатлантического договора» (документ ВК № 14/3) – была принята на заседании Комитета военного планирования (КВП) 12 декабря 1967 года, а окончательный текст документа был выпущен 16 января 1968 года. Документ составлялся после выхода Франции в 1966 году из объединенной военной структуры НАТО.

    Новой стратегии были присущи две важнейшие черты: гибкость и эскалация. «Концепция сдерживания Североатлантического союза основывается на такой степени гибкости, которая не позволит потенциальному агрессору с уверенностью предсказать, какие именно действия предпримет НАТО в ответ на агрессию, в результате чего агрессор придет к выводу, что любые наступательные действия с его стороны будут сопряжены с неприемлемым уровнем риска». В документе были представлены три вида военных действий в ответ на агрессию против НАТО:

    • Непосредственная оборона с целью поражения агрессора на том уровне, который выбран противником при нападении.
    • Намеренная эскалация, предусматривающая дополнительно ряд возможных шагов, направленных на поражение агрессора, с постепенным наращиванием угрозы применения ядерного оружия по мере эскалации кризиса.
    • Общий ответный ядерный удар, воспринимаемый как крайнее средство устрашения.

    Сопутствующий документ, озаглавленный «Меры по реализации Стратегической концепции для обороны территории государств-членов НАТО» (документ ВК № 48/3), был одобрен КВП 4 декабря 1969 года и подготовлен в окончательной редакции 8 декабря 1969 года.

    Оба документа – ВК № 14/3 и ВК № 48/3 – были настолько универсальными по содержанию и толкованию, что действовали до конца «холодной войны».

    Доклад Армеля

    В тот момент, когда НАТО определяла свои стратегические задачи на последующие 20 лет, было также принято решение подготовить доклад, который наметил бы двусторонний подход к безопасности – политический и военный. На фоне возникших у некоторых лиц сомнений в актуальности НАТО, был подготовлен доклад Армеля, также известный как «Доклад о будущих задачах Североатлантического союза».

    В докладе был представлен широкий анализ условий безопасности после подписания Североатлантического договора в 1949 году и отстаивалась необходимость поддержания адекватного уровня обороны одновременно с поиском возможностей снижения напряженности в отношениях между Востоком и Западом и работой, направленной на решение глубинных политических проблем, разделявших Европу.

    В докладе были определены две конкретные задачи: политическая и военная; политическая касалась разработки предложений по сбалансированному сокращению численности сил Востока и Запада; военная была связана с обороной открытых территорий, в особенности Средиземноморья.

    В докладе Армеля были представлены понятия «сдерживание» и «разрядка». В этом смысле, как уже отмечалось в отношении доклада «Комитета трех мудрецов», документ подготовил почву для первых шагов НАТО к выработке подхода, направленного на укрепление сотрудничества по вопросам безопасности, который появится в 1991 году.

    Однако с 1967 по 1991 год по-прежнему периодически возникала острая напряженность между двумя блоками, и в то же время были моменты, вселявшие надежду на более спокойные отношения.

    Напряженность возросла в связи с советским вторжением в Афганистан и развертыванием советских ракет CC-20, на что НАТО отреагировала принятием в декабре 1979 года «двойного решения». НАТО предложила странам Варшавского договора принять соглашение о взаимном ограничении баллистических ракет средней и промежуточной дальности, но, не встретив положительной реакции со стороны Москвы, выдвинула угрозу развертывания баллистических ракет «Першинг» и крылатых ракет, что в итоге и произошло.

    Расширению разрядки способствовало подписание соглашений между СССР и США по ограничению стратегических вооружений (ОСВ-1), систем противоракетной обороны и ОСВ-2 (хотя этот договор и не был ратифицирован), а также подписание Договора между СССР и США о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ) и Договора о ракетах средней и меньшей дальности (ДРСМД).

    В период с середины до конца 1980-х годов оба блока перешли к укреплению доверия. Однако взаимное недоверие по-прежнему характеризовало отношения между Востоком и Западом, и только после падения Берлинской стены, роспуска Организации Варшавского договора и распада Советского Союза стало возможно строить отношения по-новому.

    Период непосредственно после окончания «холодной войны»

    В 1991 году началась новая эпоха. Грозный враг, каким когда-то был Советский Союз, прекратил свое существование, Россия и другие бывшие противники НАТО стали партнерами, а некоторые из них – членами Североатлантического союза. Для НАТО этот период был ознаменован диалогом и сотрудничеством, а также другими новыми способами участия в укреплении мира и стабильности (например, многонациональные операции по кризисному регулированию).

    В течение периода непосредственно после окончания «холодной войны» НАТО подготовила две несекретные Стратегические концепции, в которых предлагался более широкий, по сравнению с прошлым, подход к безопасности:

    • Стратегическая концепция Североатлантического союза (ноябрь 1991);
    • Стратегическая концепция Североатлантического союза (апрель 1999).

    Обе Стратегические концепции сопровождались секретными военными документами, соответственно ВК № 400 и ВК № 400/2.

    Первая несекретная Стратегическая концепция НАТО

    Стратегическая концепция 1991 года в корне отличалась от предшествовавших стратегических документов. Во-первых, она не была нацелена на конфронтацию и была открыта для широкого доступа; во-вторых, обеспечение безопасности государств-членов, т.е. коллективная оборона, оставалось основополагающей целью концепции, но при этом она была направлена на улучшение и расширение безопасности для Европы в целом посредством партнерства и сотрудничества с бывшими противниками. Применение ядерного оружия было сведено в концепции до минимального уровня, достаточного для сохранения мира и стабильности:

    «В Стратегической концепции вновь подтверждается оборонительный характер Североатлантического союза и решимость членов НАТО защищать свою безопасность, суверенитет и территориальную целостность. Политика безопасности Североатлантического союза основывается на принципах диалога, сотрудничества и действенной коллективной обороны, которые являются взаимно укрепляющими средствами сохранения мира. Полностью используя все имеющиеся новые возможности, Североатлантический союз будет поддерживать безопасность на максимально низком уровне вооруженных сил, соответствующем оборонным потребностям. Таким образом Североатлантический союз вносит существенный вклад в становление прочного мира во всем мире».

    Документ, сопровождавший Стратегическую концепцию 1991 года, был и до сих пор остается засекреченным. Он называется «Директива ВК по реализации вооруженными силами Стратегической концепции Североатлантического союза» (ВК № 400) от 12 декабря 1991 года.

    Вторая несекретная Стратегическая концепция НАТО

    В 1999 году, в год 50-летнего юбилея НАТО руководители Североатлантического союза приняли новую Стратегическую концепцию, в которой государства-члены обязались участвовать в обеспечении общей обороны, мира и стабильности в широком евроатлантическом регионе. В ее основу легло широкое определение безопасности, признавшее важность политических, экономических, социальных и экологических факторов помимо оборонного измерения. В ней были выявлены новые факторы риска, возникшие после окончания «холодной войны», в число которых вошли терроризм, межнациональные конфликты, нарушение прав человека, политическая нестабильность, экономическая хрупкость и распространение ядерного, биологического и химического оружия и средств их доставки.

    В документе заявлялось, что основополагающими задачами Североатлантического союза были обеспечение безопасности, консультации, сдерживание и оборона, при этом указывалось, что кризисное регулирование и партнерство также имели принципиальное значение для укрепления безопасности и стабильности в евроатлантическом регионе. Отмечалось, что НАТО удалось адаптироваться и играть важную роль в обстановке, сформировавшейся по окончании «холодной войны». В документе были сформулированы руководящие указания для войск (сил) Североатлантического союза, в которых цели и задачи, изложенные в предыдущих разделах, перелагались на язык конкретных указаний для тех, кто занимается планированием строительства вооруженных сил и операций НАТО. Стратегия призывала к дальнейшему развитию военного потенциала, необходимого для выполнения целого ряда задач Североатлантического союза, начиная с коллективной обороны и заканчивая операциями по поддержанию мира и кризисному реагированию. Она также гласила, что Североатлантический союз сохранит в обозримом будущем надлежащее сочетание ядерных и обычных сил.

    Стратегическую концепцию 1999 года дополнял документ, содержащий стратегические руководящие указания, который остается засекреченным: «Руководящие указания ВК по реализации вооруженными силами Стратегии Североатлантического союза» (ВК 400/2) от 12 февраля 2003 года.

    Обстановка в сфере безопасности после 11 сентября

    Теракты 11 сентября 2001 года против Соединенных Штатов выдвинули на передний план угрозу терроризма и оружия массового уничтожения. НАТО было необходимо защитить население государств-членов как на своей территории, так и за ее пределами. Для этого были проведены существенные внутренние реформы, направленные на адаптацию военных структур и потенциалов, чтобы подготовить страны-участницы к выполнению новых задач, например, руководству действующими по мандату ООН Международными силами содействия безопасности (МССБ)  в Афганистане.

    Также НАТО продолжала углублять и расширять механизмы партнерства и фактически ускорять собственную трансформацию для формирования новых политических отношений и укрепления оперативного потенциала для реагирования на проблемы, возникающие во все более глобальном и сложном мире.

    Эти коренные изменения необходимо было отразить в стратегических документах НАТО.

    Первый шаг в этом направлении был сделан в ноябре 2006 года, когда руководители НАТО утвердили «Всеобъемлющие политические указания». В этом важном политическом документе были сформулированы принципы и первоочередные задачи по всем вопросам потенциала Североатлантического союза, направлениям планирования и разведке на последующие 10–15 лет. В документе приводится анализ вероятной будущей обстановки в сфере безопасности и признается возможность непредсказуемых событий. На основе этого анализа в документе определено, какого рода операции Североатлантический союз должен быть способен выполнять в свете Стратегической концепции НАТО, и какие силы и средства для этого потребуются.

    Впоследствии, на встрече в верхах в Страсбурге и Келе в апреле 2009 года руководители НАТО приняли «Заявление о безопасности Североатлантического союза», в котором, в частности, призывалось к созданию новой Стратегической концепции. За этим последовали серьезные дебаты и тщательный анализ вопросов, связанных с НАТО, а также экономического контекста, что способствовало переосмыслению, определению приоритетов и реформе НАТО.

    Третья несекретная Стратегическая концепция НАТО

    Действующая Стратегическая концепция, обнародованная на встрече в верхах в Лиссабоне в ноябре 2010 года, сопровождается документом «Руководящие указания Военного комитета» (ВК № 400/3) от марта 2012 года. Она подтверждает ценности и цели НАТО и сосредоточена на трех основных задачах – коллективная оборона, кризисное регулирование и безопасность на основе сотрудничества. Она обеспечивает коллективную оценку обстановки в области безопасности, существовавшей на тот момент, стимулировала стратегическую адаптацию НАТО и направляла ее политическое и военное развитие в краткосрочной и среднесрочной перспективе.

    Однако с 2010 года в мире произошли значительные изменения. Растет стратегическая конкуренция. НАТО необходимо подготовиться к более конкурентному и нестабильному миру. Новая Стратегическая концепция предоставит возможность подчеркнуть единство НАТО и вновь подтвердить приверженность ее ценностям, а также подвести итоги значительной военной и политической адаптации НАТО с 2014 года. Она также должна будет рассмотреть более агрессивную Россию на границах НАТО и подъем Китая, а также новые и прорывные технологии и воздействие изменения климата на безопасность.

    Новая стратегическая концепция НАТО будет основываться на тех элементах Стратегической концепции НАТО 2010 года, которые остаются актуальными по сей день, а также на решениях, принятых союзниками по НАТО на встрече в верхах в Брюсселе в июне 2021 года, в частности на рекомендациях повестки дня «НАТО-2030». Новая Стратегическая концепция НАТО будет принята на встрече в верхах в Мадриде в июне 2022 года.