Сползание назад на Западных Балканах

02/02/2017

Все должно было быть совсем по-другому, когда силы под руководством НАТО были развернуты в Юго-Восточной Европе: в Боснии и Герцеговине, в Косово и в бывшей югославской Республике Македонии*. Вмешательство положило конец военным действиям, а перспектива демократии и евроатлантической интеграции должна была открыть региону путь к миру и процветанию. К сожалению, этого не произошло. Все более авторитарные элиты впадают во все более воинственную риторику, грозя новой вспышкой напряженности в регионе.

Усилия по стабилизации и интеграции региона

Североатлантическому союзу, впервые проводившему операции за пределами своей территории, удалось остановить боевые столкновения в Боснии и Герцеговине и в Косово, а также не допустить полномасштабных военных действий в бывшей югославской Республике Македонии. Более того казалось, что с евроатлантической интеграцией региона перед всеми странами Юго-Восточной Европы открылась перспектива стабильности и возможность покончить с войнами после распада Югославии.

НАТО привержена делу укрепления мира и стабильности на Западных Балканах с начала 90-х годов, когда она начала поддерживать усилия международного сообщества, призванные положить конец конфликту в Боснии и Герцеговине. © NATO

В течение многих лет также казалось, что есть движение вперед. Все страны региона стали членами «Партнерства ради мира» (ПРМ) Североатлантического союза, после того как Босния и Герцеговина, Черногория и Сербия присоединились к программе в декабре 2006 года. Однако Косово, которое в тот момент еще не провозгласило независимость, до сих пор не состоит в ПРМ.

Албания и Хорватия вступили в НАТО в 2009 году, и в декабре 2015 года Черногория получила приглашение присоединиться к организации. С 1999 года бывшая югославская Республика Македония участвует в Плане действий по подготовке к членству (МАП) в НАТО. Боснию и Герцеговину пригласили к участию в МАП в 2010 году, хотя условием для начала работы стало урегулирование важнейшего вопроса, касающегося недвижимого оборонного имущества (этот вопрос еще не закрыт, хотя есть определенный прогресс).

В 2013 году Хорватия вступила в Европейский союз. Албания, бывшая югославская Республика Македония, Черногория и Сербия – кандидаты на вступление в ЕС. Босния и Герцеговина и Косово подписали соглашения о стабилизации и ассоциации с Европейским союзом. И в феврале 2016 года Босния и Герцеговина подали официальную заявку на членство в ЕС.

Слева направо: 7 апреля 2009 года премьер-министр Албании Сали Бериша и премьер-министр Хорватии Иво Санадер выступают перед журналистами в день вступления их стран в НАТО. © NATO

Процессы европейской и евроатлантической интеграции несомненно во многом способствовали реформам и укреплению стабильности в странах Центральной и Восточной Европы, которые вступили в Европейский союз и НАТО. Однако они были задуманы как содействие в присоединении к международным учреждениям, а не в урегулировании конфликтов. Сложность пяти наслаивающихся друг на друга национальных вопросов – албанского, боснийского, хорватского, македонского и сербского – и наследие войны и этнической чистки оказались не по силам инструментам, использовавшимся для их решения.

Тогда как во второй половине 90-х годов и начале нового тысячелетия Европейский союз и США держали события в Юго-Восточной Европе под строгим контролем, впоследствии они свернули свое участие, чтобы сосредоточиться на более неотложных конфликтах в других точках мира.

Более того шансы использовать стремление большинства населения региона к созданию более тесных связей с Западной Европой для того, чтобы добиться фундаментальных перемен, зависят прежде всего от того, реальна ли перспектива членства. По мере того как Европейский союз все больше запутывался во внутренних вопросах – кризис суверенной задолженности, ответные меры в связи с беспрецедентным наплывом мигрантов и Брэксит – эта перспектива также растаяла. В результате этого процессы реформ застряли, у власти окопались все более авторитарные элиты, и ирредентизм вернулся на политическую повестку дня.

Влияние России

Помимо того что пустота, образовавшаяся из-за неудачной политики, подорвала влияние Запада, она еще открыла напористой России возможности, которыми можно воспользоваться в регионе. Не расходуя большого финансового или политического капитала Москва постаралась подхлестнуть антизападные настроения, особенно среди сербов, усилить режимы-единомышленники и подорвать дальнейшие перспективы евроатлантической интеграции.

В частности Россия вложила средства в СМИ на сербском языке – радиовещание Russia Today и вебсайт Sputnik News, – чтобы продвигать свое мировоззрение среди сербов. Она также инвестировала в энергетический сектор в Сербии и Республике Сербской (преимущественно сербский субъект в составе Боснии и Герцеговины). Самое главное – Россия использовала свое влияние в международных организациях и в частности в Совете Безопасности ООН для отстаивания сербских позиций.

Россия возражала против воздушной кампании НАТО в Косово в 1999 году, которую она считала незаконной, и впоследствии систематически использовала свое положение постоянного члена Совета Безопасности ООН, чтобы поддержать позицию Сербии по отношению к статусу Косово. Таким образом Миссия ООН в Косово остается на месте по прошествии почти 18 лет после развертывания на основании резолюции 1244 Совета Безопасности ООН. Более того Москва заблокировала в Совете Безопасности меры, против которых возражал Белград, в частности резолюцию, осуждавшую истребление в Сребренице как геноцид в связи с его двадцатой годовщиной.

Сербия приобрела недавно у России по сниженным ценам шесть истребителей «Миг-29», а также другую военную технику. (На снимке «Миг-29») © wallpapersdsc.net

Россия также сделала стратегические инвестиции в экономику Сербии, в частности в 2008 году государственное предприятие «Газпромнефть» приобрело контрольный пакет акций сербской компании Naftna industrija Srbije на сумму 400 млн. евро. Вместе с тем Россия усиливает военное сотрудничество с Сербией: в декабре 2016 года Сербия приобрела у России по сниженным ценам шесть самолетов-истребителей «Миг-29», 30 танков Т-72 и 30 бронированных разведывательно-дозорных машин (БРДМ), поставка которых планируется в этом году.

Подход России явно нацелен на ограничение связей между Сербией и НАТО и влияния Североатлантического союза в Сербии. Причем этот подход успешен лишь отчасти, поскольку военное сотрудничество НАТО с Сербией намного превосходит военное сотрудничество России с Сербией, хотя о нем и меньше сообщается в местных СМИ.

Более того, страна, где с точки зрения объема инвестиций, числа туристов и постоянно проживающих лиц присутствие России самое большое – Черногория, – вот-вот станет 29-м членом Североатлантического союза. С того момента как в 2006 году Черногория отделилась от Сербии, давно руководящий страной Мило Джуканович проложил для Подгорицы четкий курс на евроатлантическую интеграцию, несмотря на недовольство большой части населения, особенно сербской общины. В результате этого Россия попыталась поддержать черногорскую оппозицию, и Подгорица обвинила националистов из России в пособничестве при попытке государственного переворота накануне всеобщих выборов, состоявшихся в октябре.

Штаб-квартира НАТО, 2 декабря 2015 г., справа налево: Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг и заместитель премьер-министра, министр иностранных дел и европейской интеграции Черногории Игорь Лукшич объявляют о том, что Черногорию пригласили начать переговоры о вступлении в Североатлантический союз, чтобы стать 29-м государством-членом. © NATO

В отличие от Черногории в бывшей югославской Республике Македонии Россия занимает противоположную позицию. Москва систематически поддерживает правление премьер-министра Николы Груевского, давно пребывающего на своем посту, несмотря на причастность к скандалу с прослушиванием, и возражает против участия Запада и симпатий в отношении оппозиции.

Однако самый близкий союзник Москвы в регионе – несомненно, президент Республики Сербской Милорад Додик. С тех пор как в феврале 2006 года он вернулся к власти в Республике Сербской, Додик целенаправленно проводил политику, призванную обеспечить максимальную автономию Республики Сербской и, по возможности, привести этот административный субъект к независимости. По ходу дела бывший в свое время протеже США сделал ставку на Москву, в частности продав в 2007 году контрольный пакет акций энергетического сектора Республики Сербской еще одной российской компании, принадлежащей государству, – «Зарубежнефть».

Более того, Москва открыто поддерживает его усилия и неоднократно расходилась во мнениях с другими членами Совета по выполнению Мирного соглашения – органа, созданного для контроля над содействием в выполнении Дейтонского мирного соглашения 1995 года, положившего конец войне в Боснии. Россия выступает за закрытие Бюро Высокого представителя и воздержалась при голосовании в Совете Безопасности ООН в ноябре 2014 года по вопросу о продлении мандата СЕС – Сил под руководством Европейского союза, пришедших в 2004 году на смену миротворческой миссии НАТО в Боснии и Герцеговине.

Ситуация накалилась, когда 9 января 2017 года Додик организовал торжества по случаю Дня Республики Сербской, в частности военный парад, пойдя тем самым наперекор Конституционному Суду Боснии и Герцеговины и Высокому представителю Валентину Инцко, после того как в сентябре прошлого года он провел по этому вопросу незаконный референдум, за неделю до местных выборов.

14 января 2017 года поезд с надписями «Косово в Сербии» на 21 языке остановился, немного не доехав до северной части Косово, где основное население – сербы. © YouTube

По прошествии двух дней после празднования Дня Республики Сербской бывший премьер-министр Косово и командир Армии освобождения Косово Рамуш Харадинаж был задержан во Франции по выданному Сербией ордеру на арест. И два дня спустя Сербия остановила специальный поезд, следовавший из Белграда в Митровицу – анклав в северной части Косово с преимущественно сербским населением, – заявив, что специальные войска Косово планировали напасть на него. Поезд российского производства был окрашен в цвета Сербии и на нем на 21 языке было написано «Косово в Сербии». Результатом этого стала беспрецедентная вспышка воинствующей риторики повсюду в регионе и неизбежные разговоры о возобновлении военных действий.

Запад должен вновь сосредоточить внимание на регионе

Возможно, конечно, что российское влияние и угроза возобновления военных действий преувеличиваются. Несмотря на подталкивание со стороны России Сербия, как правило, стремилась к налаживанию отношений, а не к столкновению с Западом. В сентябре 2011 года бывший тогда послом России в Сербии Александр Конузин с возмущением покинул Белградский форум безопасности, обвинив Сербию в предательстве Косово и воскликнув: «Есть ли здесь сербы?»

Более того, международные миротворческие контингенты – СДК в Косово, насчитывающий около 4300 военнослужащих, и СЕС в Боснии численностью 600 человек – наделены мандатом и располагают соответствующими планами для поддержания безопасной и спокойной обстановки.

Однако необходимо пристально следить за все более напряженной ситуацией, направить в большей мере внимание дипломатов на регион и разработать новые стратегии для решения многочисленных оставшихся вопросов.

Около 4300 военнослужащих все еще находятся в Косово в составе СДК – многонациональных миротворческих сил под руководством НАТО. © KFOR

Перемены могут быть уже не за горами. В бывшей югославской Республике Македонии при содействии участников переговоров от ЕС и США было достигнуто соглашение между политическими партиями, в результате чего в декабре 2016 года состоялись внеочередные выборы. 1 января приступили к работе новый Суд Косово, Специальные камеры и Канцелярия специального обвинителя, осуществляющие юрисдикцию в отношении некоторых преступлений против человечности, военных преступлений и иных преступлений, предположительно совершенных в период с 1 января 1998 года по 31 декабря 2000 года. 17 января США наложили санкции на Додика за препятствование выполнению Дейтонского мирного соглашения. А 24 января Европейский союз созвал заседание премьер-министров и президентов в рамках своего диалога между Приштиной и Белградом, чтобы попытаться восстановить доверие к процессу, осуществляемому под руководством ЕС и направленному на нормализацию отношений между Сербией и Косово.

Если эти события ознаменуют настоящие перемены, это будет лишь началом долгой работы, призванной изменить положение в регионе к лучшему.

* Турция признает Республику Македонию под ее конституционным названием.

Об авторе

Кристофер Бенетт, автор Bosnia’s Paralysed Peace (Hurst and Oxford University Press, 2016) и Yugoslavia’s Bloody Collapse (Hurst and New York University Press, 1995), бывший редактор «Вестника НАТО» и бывший заместитель Высокого представителя в Боснии и Герцеговине.