Есть ли у России финансовые средства для ее военных амбиций?

В связи с недавними экономическими трудностями России многие эксперты стали подвергать сомнению экономическую устойчивость целей по военным расходам, которые Россия поставила сейчас перед собой. Последний макроэкономический прогноз представляет более отрезвляющую картину.

Россия находится почти на серединном этапе крупной десятилетней Государственной программы вооружения, предусматривающей закупки большого объема новых и модернизированных систем вооружений и прочей военной техники для всех видов вооруженных сил страны на период с 2011 по 2020 год. Изначально предусмотренный программой общий объем расходов для ВС составлял 19 триллионов рублей или 647 миллиардов долларов США по среднему условному обменному курсу за 2011 год. Эту цифру надо добавить к расходам на личный состав, учения и операции. Может ли Россия мобилизовать финансовые ресурсы, требуемые для выполнения этих обязательств?

Российская военная техника на всеобщем обозрении во время ежегодного Парада в честь Дня Победы на Красной площади в Москве, 9 мая 2016 г. © REUTERS

Происходившее с 2014 года не щадило российской экономики. В связи с большой зависимостью от доходов от экспорта нефти и газа национальная валюта, валовый внутренний продукт (ВВП) и реальный уровень жизни существенно пострадали от резкого падения цен на нефть в конце 2014 года. В 2015 году ВВП России сократился на 3,7% в реальном исчислении, и ожидается, что в этом году он сократится еще на 0,8%, согласно прогнозам Международного валютного фонда (МВФ) за октябрь 2016 года.

Ожидается, что в 2017 году начнется улучшение экономической конъюнктуры: скромное улучшение при сохранении умеренных цен на нефть и чуть более заметное при резком повышении цен на нефть. Тем временем западные экономические санкции продолжают довлеть над деловым и инвестиционным климатом страны, поддерживая четкий сигнал неодобрения Западом агрессивных действий России в Украине.

Отрицательные тенденции ВВП и низкие цены на нефть привели, естественно, к более сложной бюджетной ситуации. К 2016 году общий объем государственных доходов снизится до уровня 2010 года в реальном исчислении (см. график 1). То же относится и к общим расходам, исключая оборонные расходы. Последние, напротив, увеличились в 2015 году почти на 60% в реальном исчислении по сравнению с 2010 годом.

Первоначально выделенные в бюджете на 2016 год ассигнования на оборону, с учетом поправок от 1 августа 2016 года и с корректировкой на инфляцию, должны были быть примерно равны объему 2015 года в номинальном исчислении и примерно на 8% ниже в реальном исчислении. По последним сообщениям, министерство финансов намерено дополнительно выделить около 678 миллиардов рублей, что соответствует досрочному возмещению участвующим банкам государственных гарантий, использовавшихся для совместного финансирования расходов на оборонные закупки. С учетом этой корректировки на позднем этапе общий объем оборонных расходов в 2016 году должен составить 3,89 триллионов рублей. Это примерно на 14% больше в реальном исчислении, чем в 2015 году и больше чем на 80% выше объема расходов 2010 года в реальном исчислении.

Источник: банк данных МВФ «Перспективы развития мировой экономики», октябрь 2016; Министерство финансов России; Федеральное казначейство России; расчеты автора. Расчет серий данных в постоянных ценах с использованием дефлятора ВВП МВФ.

Сценарии до 2020

За вычетом вышеупомянутых дополнительных расходов в конце 2016 года, поскольку речь идет о единовременных расходах, судя по бюджетным данным, относительная доля оборонных расходов стабилизируется (см. график 2). После прочного роста в течение нескольких лет и с учетом текущего и прогнозируемого давления, есть основания ожидать, что в предстоящие годы официальные оборонные расходы России останутся на уровне примерно 12% от общего объема доходов в номинальном выражении.

Источник: Министерство финансов РФ, Федеральное казначейство России, расчеты автора. Из этих данных исключено единовременное возмещение государственных гарантий, связанных с обороной, предложенное в октябре 2016 года.

Исходя из этого и прогнозов МВФ, представленных в «Перспективах развития мировой экономики» в октябре 2016 года, можно разработать сценарий будущих оборонных расходов России. Можно также изучить, что будет означать подобная траектория для других статей государственных расходов и будущих дефицитов бюджета.

По своему характеру это задача со многими переменными. Россия может поставить перед собой цель, как подсказывают прогнозы МВФ, добиться небольшого профицита бюджета уже в 2020 году. В сочетании с выделением фиксированной доли доходов на оборону эта осторожная бюджетная траектория будет означать последовательное ежегодное падение необоронных расходов в реальном исчислении. Поскольку это может отрицательно сказаться на уровне жизни, а значит, на общественном мнении страны, можно сделать еще одну рабочую гипотезу: например, решить, что необоронные расходы должны оставаться неизменными в реальном исчислении. В таком случае, который мы назовем «измененным сценарием» по сравнению со сценарием МВФ, дефициты в будущем будут выше. (см. график 3).

Источник: банк данных МВФ «Перспективы развития мировой экономики», октябрь 2016; Министерство финансов РФ; Федеральное казначейство России; расчеты и предположения автора. Отрицательная величина означает профицит бюджета.

Эти более высокие дефициты будут соответствовать более высоким объемам займов и увеличению государственного долга в связи с этим – направление политики, на которое в Москве могут смотреть благосклонно, а может быть и нет. Однако с помощью больших налогово-бюджетных усилий в других областях можно было бы уменьшить накопление подобных дефицитов. Потенциально сюда могло бы войти увеличение налогообложения и частичная приватизация государственных предприятий, независимо от того, насколько желательными сочтет эти варианты руководство. В более общем плане более сильное, чем предполагал МВФ в октябре 2016 года, повышение цен на нефть, даст значительно большее поле для маневра в описанном выше «измененном сценарии».

В Москве обсуждается наиболее желательное сочетание налогово-бюджетных вариантов. Министерство финансов прогнозирует в настоящий момент траекторию сокращения дефицита, которая находится примерно посередине между сценарием МВФ и измененным сценарием и скорее больший объем займов, а не налогообложения. Как сообщается, министерство также предлагает довольно значительное сокращение оборонных расходов в период с 2017 по 2019 год, до 2,7-2,9 триллионов рублей в год по сравнению с объемом 3,2 триллиона в 2015. С одной стороны, утверждается, что то же министерство предложило новый механизм, позволяющий произвольно увеличить расходы на оборону и внутреннюю безопасность вплоть до 10% общих федеральных расходов. Поэтому трудно предсказать, каков будет окончательный объем оборонных расходов в предстоящие три года.

Программа модернизации ВС России

Что будет означать измененный сценарий для амбициозной программы по модернизации ВС России? Как следует из заявлений высокопоставленных должностных лиц Министерства обороны России, военные закупки – как часть ежегодных государственных оборонных заказов – могли составлять около 60% от общих (официальных) оборонных расходов в последние годы. Эти амбициозные государственные оборонные заказы предназначены для выполнения нынешней Российской государственной программы вооружений.

Оттолкнувшись от измененного сценария, описанного выше, и иных исходных предположений насчет соотношения объема годовых государственных оборонных заказов и общего объема оборонных расходов в период с 2011 по 2020 год, можно составить разные (номинальные) выкладки по общим объемам расходов на закупки за данный период в целом. В итоге, при обоснованных рабочих предположениях, получается, что общие закупочные расходы могут довольно легко выйти на отметку 17,5 триллионов рублей, а может быть даже на первоначально заданную отметку 19 триллионов рублей за указанный период. Более низкий общий объем в 17,5 триллионов рублей будет равноценен задержке не больше чем на один календарный год.

Министр обороны России Сергей Шойгу, Москва, Россия, 9 мая 2016. © REUTERS

Конечно же, эти соображения сосредоточены только на осуществимости с налогово-бюджетной точки зрения цели программы по номинальным расходам, то есть, на том, сколько денег тратится на нее («входная сторона»), а не на том, что это дает в плане поставок оборудования и техники («выходная сторона»). В более всеобъемлющую оценку вошли бы такие вопросы, как повышение цен в течение времени на определенные виды оборудования и техники, а также быстрота и надежность поставок оборудования и техники.

Эти результаты зависят в свою очередь от характеристик оборонно-промышленной базы, в частности, производственных мощностей, наличия человеческого капитала и технологического уровня. Препятствия или задержки могут возникнуть по целому ряду причин, например, в результате санкций, ограничивающих доступ к ранее импортировавшимся компонентам. На создание новых видов оборудования, сконструированного по последнему слову техники в мире, может понадобиться больше времени, необходимого для разработки и испытания опытных образцов.

Однако, судя по недавним анализам в открытых источниках, Россия существенно продвинулась вперед к достижению целей, предусмотренных в текущей Государственной программе вооружений, даже если в определенных областях возникли (неизбежно) задержки и проблемы. В целом большая часть программы будет вполне вероятно выполнена к 2020 году, и будет составлен новый график для ряда конкретных задач по поставкам, которые будут перенесены в новую Государственную программу вооружений, которая должна охватить период с 2017 по 2025 год. В любом случае, как следует из представленного в данной статье анализа, экономические проблемы России не настолько серьезны, чтобы заставить значительно замедлить или сократить нынешние усилия страны по военной модернизации.

Об авторе

Эдвард Хантер Кристи, специалист по военной экономике НАТО. В данной статье представлены личные взгляды автора, а не официальное мнение или политика НАТО.