ЯЗЫК
Из-за перевода русскоязычный выпуск "Вестника НАТО" размещается в Интернете примерно через две недели после англоязычного.
О "Вестнике НАТО"
Представление материалов на рассмотрение
Сведения об авторских правах
Редакционная коллегия
 RSS
Отправить эту статью другу
Подписаться на "Вестник НАТО"
  

Босния: новая образцовая армия?

Сегодня Вооруженные Силы Боснии воспринимаются как силы, поистине обеспечивающие безопасность, а не как силы, грозящие ей. Как это произошло?

Get the Flash Player to see this player.

После конфликта в стране необходимо было в срочном порядке перестроить Вооруженные Силы Боснии. Несмотря на целый ряд препятствий, успех превзошел все ожидания. В этом видеофильме несколько человек, непосредственно участвовавших в этих переменах, объясняют их успех.

Продолжительность видеофильма: 11 м. 55 с.

 Субтитры: ВКЛ / ВЫКЛ

© NATO Review

В 90-е годы Вооруженные Силы сыграли одну из основных ролей,

практически разорвав Боснию и Герцеговину на части.

После войны одной из самых неотложных и вместе с тем неимоверно сложных задач

было создание вооруженных сил для новой страны.

Это означало объединить солдат, которые недавно сражались друг с другом.

Военная реформа не была ни скорой, ни простой,

но по мнению международных и местных специалистов, она была успешной.

Я считаю, что реформа добилась большего, чем мы предполагали.

Я полностью согласен с тем, что после Дейтона это самый большой успех.

Военная реформа продвинулась очень далеко.

До сих пор этот процесс был, несомненно, очень успешным.

Военная реформа - одно из достижений страны,

которых добилось местное руководство и международное сообщество.

Военная реформа не просто заставила работать вместе солдат,

которые раньше воевали друг с другом: она позволила добиться гораздо большего.

Тот факт, что босниийские солдаты служат теперь в составе миротворческих сил в таких точках,

как Ирак и Конго, - один из показателей большого успеха, которого удалось добиться.

Произошло следующее: три армии в конечном итоге

стали одними вооруженными силами в Боснии и Герцеговине.

И это на самом деле огромный шаг вперед.

Также произошла профессионализация армии и массовое сокращение.

Первоначальным мандатом военной реформы было создание единой кадровой,

финансовой и материально-технической структуры.

Предусматривалось также, что министерства обороны двух территориальных образований страны

- Республики Сербской и Боснийско-Хорватской Федерации - будут упразднены.

По прошествии четырех месяцев с начала процесса стало ясно, что существовала большая

заинтересованность в том, чтобы пойти до конца и создать поистине особые

вооруженные силы, по крайней мере, насколько это возможно в Боснии и Герцеговине.

И нам это удалось.

Так что мы пошли намного дальше письменного мандата,

который нам дали НАТО и Высокий представитель.

В результате были созданы объединенные вооруженные силы, "объединенные" , не "единые".

Боснийские Вооруженные Силы строятся по полковому принципу,

аналогично ВС Великобритании и Канады. Организационная структура

ВС в этой стране будет соответствовать окончательной политической структуре.

Вооруженные силы объединенные, а не единые,

потому что страна объединенная, а не единая. Существующий уровень

интеграции ВС - это максимум, на который мы способны в настоящий момент.

И я не думаю, что сейчас нужна дальнейшая интеграция,

потому что фактически вооруженные силы действуют как одна армия.

Как Комиссия по военной реформе,

которой было поручено осуществить необходимые изменения, приступила к своей задаче?

Как всегда, все сводится к деньгам и людям,

и это стало проблемой, с которой мы на практике столкнулись на начальном этапе.

Но я могу сказать, что нам очень повезло,

потому что в то время политические силы в этой стране были очень покладистыми.

Они поняли, насколько этот процесс важен для страны.

И нам оказывалась очень большая поддержка со стороны международного сообщества,

включая Высокого представителя, ОБСЕ и саму НАТО.

Мы разработали концепцию военной реформы вместе с нашими местными партнерами.

Не то чтобы мы принесли с собой готовую модель и сказали им, что так и надо делать.

Как раз наоборот.

На самом деле, я думаю, это было первое, что мы поняли:

нам нужно было подготовить политический контекст, а потом создать процесс,

который позволит людям, проживающим в этой стране, принять в нем непосредственное участие.

Без этого чувства сопричастности на местах, нам никогда не удалось бы добиться успеха.

Самым важным, поворотным моментом было разъяснить более широкий контекст,

понять, в чем заинтересованы основные участники этого процесса,

и затем объяснить, каким образом их интересы могут быть соблюдены посредством реформ.

По ходу работы возник ряд неудачных моментов.

Да, была пара таких моментов. Первый связан с тем, что я заработал воспаление легких.

Другой момент, как это ни странно, и хотя этот материал предназначен для "Вестника НАТО",

связан с неспособностью НАТО признать в этом свой самый большой успех.

18 июля 2005 года, через неделю после десятой годовщины Серебреницы,

мы изложили в письменном виде и подписали здесь с политическими лидерами соглашение,

прекратившее существование армии, совершившей геноцид в Серебренице.

Это было сделано добровольно и... НАТО не отдала этому должного,

международные СМИ не отдали этому должного,

они были настолько сосредоточены на событиях прошлого,

что пропустили самый большой сюжет о будущем Боснии и Герцеговины.

Были и удачные моменты.

Я даже присутствовал на одном заседании,

на котором президент Республики Сербской объяснял боснийским и хорватским политикам,

что такое система полков.

И для меня это был яркий момент.

Военная реформа полностью изменила репутацию солдат в Боснии и Герцеговине.

Например, недавно вооруженные силы впервые дали объявление о новом наборе военнослужащих.

На 300 вакансий исходного уровня было получено более 3000 заявок.

Около половины кандидатов - с высшим образованием.

Эти люди знают, что поступают на службу в многонациональную армию.

На этот счет никаких дилемм нет.

И я также упомянул о том, что они подают заявки на работу в другой части страны.

Это говорит об отсутствии угрозы безопасности,

о том, что люди чувствуют себя комфортно, находясь и работая в других частях страны,

чего мы не наблюдали при проведении других реформ.

Сокращение личного состава босниийских вооруженных сил с сотен тысяч до 9 000

означало, что необходимо было позаботиться

о тысячах мужчин и женщин,

которые останутся без работы.

Были предусмотрены такие меры, как создание Трастового фонда НАТО,

призванного помочь им в адаптации к новым условиям жизни и приобретении новых навыков.

С самого начала процесса военной реформы мы с особым вниманием

относились к необходимости позаботиться о тех солдатах и работниках системы обороны,

которые были сокращены, и разрабатывали программы, в рамках которых им либо

предоставлялись финансовые стимулы для создания резерва на переходный период,

либо обеспечивалась учебно-образовательная подготовка,

необходимая для их продуктивного участия в жизни гражданского общества.

Но не всгда подобные меры были самым лучшим способом действий,

в частности это относится к мерам, которые принимались территориальными образованиями.

Меня беспокоит тот факт, что объем средств,

расходуемых на демобилизованных солдат, ветеранов и инвалидов войны,

намного превышает оборонный бюджет, по крайней мере, в два-три раза.

В Федерации проблемы возникли из-за того,

что до последних всеобщих выборов был принят закон,

в котором по сути каждому инвалиду или демобилизованному безработному ветерану

было обещано ежемесячное пособие, и при этом не требовалось приобретать профессию

или заниматься поиском работы, не предусамтривалось привлекать к работе, например,

строительству инфраструктуры, ничего подобного. Как и следовало ожидать,

в течение нескольких месяцев после принятия закона число безработных ветеранов

увеличилось примерно на 40-50 тысяч. Помимо этого, выяснилось,

что сейчас больше ветеранов войны, чем в конце войны.

По мере того как Босния наращивает мощь своих сил безопасности, один из главных вопросов -

"Что является самой большой угрозой безопасности для страны сегодня?"

Мои слова, может быть, удивят многих.

Я лично считаю, что одна из самых больших угроз безопасности в этой стране

в будущем связана с системой образования.

Давайте взглянем на подрастающее поколение:

война началась 16 лет назад,

так что очень многие учились в раздельных школах.

И раздельное школьное оборазование по-прежнему существует.

Когда люди растут в разных системах и учат разные версии истории,

это ведет к накоплению будущих проблем.

Недавно, а может и не совсем недавно исследовательский центр "Призма" провел опрос, показавший,

что растет число людей, которые готовы воевать либо за то,

чтобы защитить Боснию и Герцеговину, либо за то, чтобы Боснии и Герцеговины больше не было.

Несмотря на эти разделения, мало кто думал,

что они приведут к конфликту, подобному тому, который возник в Боснии в прошлом.

Здесь нет "движущей силы" для новой войны.

Всегда есть вероятность возникновения новых конфликтов, менее масштабных.

Каждый успех важен для сплоченности и единения общества.

И в плане единения, я считаю, что это очень положительный процесс.

Военная реформа в Боснии проводилась при содействии международного сообщества

и вместе с тем была рассчитана на него в определенном смысле.

Насколько им удалось убедить международное сообщество в том,

что Босния готова присоединиться к международным организациям?

Если бы это зависело от министра иностранных дел

и министра обороны этой страны, они бы были в НАТО к следующему году.

Мы все понимаем, что потребуется больше времени. Но с учетом

подобного рода политической поддержки и поддержки штаба НАТО в Сараево, я уверен,

что они будут по-прежнему двигаться вперед на пути к членству в НАТО и, надо надеяться,

будут приглашены вступить в НАТО, как только это станет возможным с политической точки зрения.

Нам повезло, что сейчас, как мне представляется,

большинство населения выступает за вступление в НАТО.

Они добиваются таких хороших результатов в плане военной реформы,

что ожидать, например, что в следующем году или в 2010 году

будет утвержден План действий по подготовке к членству, не кажется нереальным.

Это неплохой темп по сравнению с другими странами региона.

Некоторым кажется, что недостаточно быстро.

Я еще довольно молодой человек, и я нетерпелив.

Я не хочу быть в Европейской комиссии или в НАТО, когда я буду пенсионером.

Мне хотелось бы состоять в ЕС и НАТО пораньше.

Вооруженные силы прошли огромный путь с первых дней военной реформы.

Что дальше?

Мне кажется, что сейчас мы стоим на пороге

и решается, будут ли вооруженные силы едиными,

или мы опять вернемся к раздельным армиям.

И, как мне кажется, в ближайшие месяцы

этот вопрос будет возникать все чаще и чаще.

Следующий этап, который обсуждался некоторыми политиками,

а также представителями международного сообщества, заключается в полной демилитаризации страны.

Но можно утверждать, что вряд ли этот шаг будет сделан,

пока в соседних странах есть постоянные армии.

Независимо от того, что произойдет дальше, Вооруженные Силы Боснии дали отличный пример того,

что страна способна и сделала существенные шаги,

чтобы уйти от своего прошлого и приблизиться к более светлому будущему.

Вооруженные Силы Боснии и Герцеговины видятся мне едиными силами, которые до сих пор

находятся в процессе становления и играют лидирующую роль в социальных изменениях,

происходящих в Боснии и Герцеговине, несмотря на то, что они отличаются

по национальной принадлежности и что во время недавнего конфликта они служили

по разные стороны, а сегодня с гордостью носят одну и ту же военную форму.

Так что они вселяют в меня большую уверенность и оптимизм

в отношении будущего Боснии и Герцеговины.

В 90-е годы Вооруженные Силы сыграли одну из основных ролей,

практически разорвав Боснию и Герцеговину на части.

После войны одной из самых неотложных и вместе с тем неимоверно сложных задач

было создание вооруженных сил для новой страны.

Это означало объединить солдат, которые недавно сражались друг с другом.

Военная реформа не была ни скорой, ни простой,

но по мнению международных и местных специалистов, она была успешной.

Я считаю, что реформа добилась большего, чем мы предполагали.

Я полностью согласен с тем, что после Дейтона это самый большой успех.

Военная реформа продвинулась очень далеко.

До сих пор этот процесс был, несомненно, очень успешным.

Военная реформа - одно из достижений страны,

которых добилось местное руководство и международное сообщество.

Военная реформа не просто заставила работать вместе солдат,

которые раньше воевали друг с другом: она позволила добиться гораздо большего.

Тот факт, что босниийские солдаты служат теперь в составе миротворческих сил в таких точках,

как Ирак и Конго, - один из показателей большого успеха, которого удалось добиться.

Произошло следующее: три армии в конечном итоге

стали одними вооруженными силами в Боснии и Герцеговине.

И это на самом деле огромный шаг вперед.

Также произошла профессионализация армии и массовое сокращение.

Первоначальным мандатом военной реформы было создание единой кадровой,

финансовой и материально-технической структуры.

Предусматривалось также, что министерства обороны двух территориальных образований страны

- Республики Сербской и Боснийско-Хорватской Федерации - будут упразднены.

По прошествии четырех месяцев с начала процесса стало ясно, что существовала большая

заинтересованность в том, чтобы пойти до конца и создать поистине особые

вооруженные силы, по крайней мере, насколько это возможно в Боснии и Герцеговине.

И нам это удалось.

Так что мы пошли намного дальше письменного мандата,

который нам дали НАТО и Высокий представитель.

В результате были созданы объединенные вооруженные силы, "объединенные" , не "единые".

Боснийские Вооруженные Силы строятся по полковому принципу,

аналогично ВС Великобритании и Канады. Организационная структура

ВС в этой стране будет соответствовать окончательной политической структуре.

Вооруженные силы объединенные, а не единые,

потому что страна объединенная, а не единая. Существующий уровень

интеграции ВС - это максимум, на который мы способны в настоящий момент.

И я не думаю, что сейчас нужна дальнейшая интеграция,

потому что фактически вооруженные силы действуют как одна армия.

Как Комиссия по военной реформе,

которой было поручено осуществить необходимые изменения, приступила к своей задаче?

Как всегда, все сводится к деньгам и людям,

и это стало проблемой, с которой мы на практике столкнулись на начальном этапе.

Но я могу сказать, что нам очень повезло,

потому что в то время политические силы в этой стране были очень покладистыми.

Они поняли, насколько этот процесс важен для страны.

И нам оказывалась очень большая поддержка со стороны международного сообщества,

включая Высокого представителя, ОБСЕ и саму НАТО.

Мы разработали концепцию военной реформы вместе с нашими местными партнерами.

Не то чтобы мы принесли с собой готовую модель и сказали им, что так и надо делать.

Как раз наоборот.

На самом деле, я думаю, это было первое, что мы поняли:

нам нужно было подготовить политический контекст, а потом создать процесс,

который позволит людям, проживающим в этой стране, принять в нем непосредственное участие.

Без этого чувства сопричастности на местах, нам никогда не удалось бы добиться успеха.

Самым важным, поворотным моментом было разъяснить более широкий контекст,

понять, в чем заинтересованы основные участники этого процесса,

и затем объяснить, каким образом их интересы могут быть соблюдены посредством реформ.

По ходу работы возник ряд неудачных моментов.

Да, была пара таких моментов. Первый связан с тем, что я заработал воспаление легких.

Другой момент, как это ни странно, и хотя этот материал предназначен для "Вестника НАТО",

связан с неспособностью НАТО признать в этом свой самый большой успех.

18 июля 2005 года, через неделю после десятой годовщины Серебреницы,

мы изложили в письменном виде и подписали здесь с политическими лидерами соглашение,

прекратившее существование армии, совершившей геноцид в Серебренице.

Это было сделано добровольно и... НАТО не отдала этому должного,

международные СМИ не отдали этому должного,

они были настолько сосредоточены на событиях прошлого,

что пропустили самый большой сюжет о будущем Боснии и Герцеговины.

Были и удачные моменты.

Я даже присутствовал на одном заседании,

на котором президент Республики Сербской объяснял боснийским и хорватским политикам,

что такое система полков.

И для меня это был яркий момент.

Военная реформа полностью изменила репутацию солдат в Боснии и Герцеговине.

Например, недавно вооруженные силы впервые дали объявление о новом наборе военнослужащих.

На 300 вакансий исходного уровня было получено более 3000 заявок.

Около половины кандидатов - с высшим образованием.

Эти люди знают, что поступают на службу в многонациональную армию.

На этот счет никаких дилемм нет.

И я также упомянул о том, что они подают заявки на работу в другой части страны.

Это говорит об отсутствии угрозы безопасности,

о том, что люди чувствуют себя комфортно, находясь и работая в других частях страны,

чего мы не наблюдали при проведении других реформ.

Сокращение личного состава босниийских вооруженных сил с сотен тысяч до 9 000

означало, что необходимо было позаботиться

о тысячах мужчин и женщин,

которые останутся без работы.

Были предусмотрены такие меры, как создание Трастового фонда НАТО,

призванного помочь им в адаптации к новым условиям жизни и приобретении новых навыков.

С самого начала процесса военной реформы мы с особым вниманием

относились к необходимости позаботиться о тех солдатах и работниках системы обороны,

которые были сокращены, и разрабатывали программы, в рамках которых им либо

предоставлялись финансовые стимулы для создания резерва на переходный период,

либо обеспечивалась учебно-образовательная подготовка,

необходимая для их продуктивного участия в жизни гражданского общества.

Но не всгда подобные меры были самым лучшим способом действий,

в частности это относится к мерам, которые принимались территориальными образованиями.

Меня беспокоит тот факт, что объем средств,

расходуемых на демобилизованных солдат, ветеранов и инвалидов войны,

намного превышает оборонный бюджет, по крайней мере, в два-три раза.

В Федерации проблемы возникли из-за того,

что до последних всеобщих выборов был принят закон,

в котором по сути каждому инвалиду или демобилизованному безработному ветерану

было обещано ежемесячное пособие, и при этом не требовалось приобретать профессию

или заниматься поиском работы, не предусамтривалось привлекать к работе, например,

строительству инфраструктуры, ничего подобного. Как и следовало ожидать,

в течение нескольких месяцев после принятия закона число безработных ветеранов

увеличилось примерно на 40-50 тысяч. Помимо этого, выяснилось,

что сейчас больше ветеранов войны, чем в конце войны.

По мере того как Босния наращивает мощь своих сил безопасности, один из главных вопросов -

"Что является самой большой угрозой безопасности для страны сегодня?"

Мои слова, может быть, удивят многих.

Я лично считаю, что одна из самых больших угроз безопасности в этой стране

в будущем связана с системой образования.

Давайте взглянем на подрастающее поколение:

война началась 16 лет назад,

так что очень многие учились в раздельных школах.

И раздельное школьное оборазование по-прежнему существует.

Когда люди растут в разных системах и учат разные версии истории,

это ведет к накоплению будущих проблем.

Недавно, а может и не совсем недавно исследовательский центр "Призма" провел опрос, показавший,

что растет число людей, которые готовы воевать либо за то,

чтобы защитить Боснию и Герцеговину, либо за то, чтобы Боснии и Герцеговины больше не было.

Несмотря на эти разделения, мало кто думал,

что они приведут к конфликту, подобному тому, который возник в Боснии в прошлом.

Здесь нет "движущей силы" для новой войны.

Всегда есть вероятность возникновения новых конфликтов, менее масштабных.

Каждый успех важен для сплоченности и единения общества.

И в плане единения, я считаю, что это очень положительный процесс.

Военная реформа в Боснии проводилась при содействии международного сообщества

и вместе с тем была рассчитана на него в определенном смысле.

Насколько им удалось убедить международное сообщество в том,

что Босния готова присоединиться к международным организациям?

Если бы это зависело от министра иностранных дел

и министра обороны этой страны, они бы были в НАТО к следующему году.

Мы все понимаем, что потребуется больше времени. Но с учетом

подобного рода политической поддержки и поддержки штаба НАТО в Сараево, я уверен,

что они будут по-прежнему двигаться вперед на пути к членству в НАТО и, надо надеяться,

будут приглашены вступить в НАТО, как только это станет возможным с политической точки зрения.

Нам повезло, что сейчас, как мне представляется,

большинство населения выступает за вступление в НАТО.

Они добиваются таких хороших результатов в плане военной реформы,

что ожидать, например, что в следующем году или в 2010 году

будет утвержден План действий по подготовке к членству, не кажется нереальным.

Это неплохой темп по сравнению с другими странами региона.

Некоторым кажется, что недостаточно быстро.

Я еще довольно молодой человек, и я нетерпелив.

Я не хочу быть в Европейской комиссии или в НАТО, когда я буду пенсионером.

Мне хотелось бы состоять в ЕС и НАТО пораньше.

Вооруженные силы прошли огромный путь с первых дней военной реформы.

Что дальше?

Мне кажется, что сейчас мы стоим на пороге

и решается, будут ли вооруженные силы едиными,

или мы опять вернемся к раздельным армиям.

И, как мне кажется, в ближайшие месяцы

этот вопрос будет возникать все чаще и чаще.

Следующий этап, который обсуждался некоторыми политиками,

а также представителями международного сообщества, заключается в полной демилитаризации страны.

Но можно утверждать, что вряд ли этот шаг будет сделан,

пока в соседних странах есть постоянные армии.

Независимо от того, что произойдет дальше, Вооруженные Силы Боснии дали отличный пример того,

что страна способна и сделала существенные шаги,

чтобы уйти от своего прошлого и приблизиться к более светлому будущему.

Вооруженные Силы Боснии и Герцеговины видятся мне едиными силами, которые до сих пор

находятся в процессе становления и играют лидирующую роль в социальных изменениях,

происходящих в Боснии и Герцеговине, несмотря на то, что они отличаются

по национальной принадлежности и что во время недавнего конфликта они служили

по разные стороны, а сегодня с гордостью носят одну и ту же военную форму.

Так что они вселяют в меня большую уверенность и оптимизм

в отношении будущего Боснии и Герцеговины.

Поделиться    DiggIt   MySpace   Facebook   Delicious   Permalink