ЯЗЫК
Из-за перевода русскоязычный выпуск "Вестника НАТО" размещается в Интернете примерно через две недели после англоязычного.
О "Вестнике НАТО"
Представление материалов на рассмотрение
Сведения об авторских правах
Редакционная коллегия
 RSS
Отправить эту статью другу
Подписаться на "Вестник НАТО"
  

Связь между энергетикой и продовольствием и как решать эту проблему

Главной причиной продовольственного кризиса являются высокие цены. Но почему цены столь высоки? В данной статье Дэвид Дж. Виктор, сотрудник Стэнфордского Университета и Совета внешних сношений утверждает, что нельзя полностью понять причины, не рассмотрев изменения, произошедшие на энергетическом рынке.

© Xavier Subias / Van Parys Media

Всего лишь за несколько лет мировую экономику постигли два товарных кризиса. Оба кризиса имеют серьезные последствия для безопасности.

Во-первых, цены на нефть выросли до беспрецедентного в истории уровня, причем основной рост цен наблюдался в течение последних полутора лет. Во-вторых, за последние несколько месяцев давно закипавший кризис продовольственных продуктов выплеснулся на передовицы газет. Практически все продукты питания продаются по рекордно высоким ценам. Все большее число стран испытывают нехватку продуктов питания, несмотря на то, что большинство правительств считали, что благодаря «зеленой революции» с этим дефицитом было покончено. За этим последовали беспорядки, столкновения и нестабильность.

Для исправления коренных причин от правительств потребуется полагаться в большей мере на рыночные силы и вкладывать средства, особенно в энергетической сфере, таким образом, чтобы снизить спрос.

До сих пор правительства сделали очень мало для того, чтобы заняться причинами кризиса, а наиболее вероятные результаты их политики лишь усугубят положение дел. В отношении продуктов питания ряд правительств, на которые оказывается серьезное давление, вынуждающее их предпринять что-либо, чтобы накормить население своих стран, устанавливают контроль над торговлей и ценами, что, вероятно, приведет к еще более острому дефициту. В отношении энергоресурсов больше всего поражает тот факт, что правительства, в частности правительство Соединенных Штатов, являющихся самым крупным потребителем энергии в мире, мало что сделали для того, чтобы побудить потребителей к большей бережливости.

Чтобы наметить пути для решения этих зеркально-симметричных кризисов, требуется в первую очередь проанализировать, каким образом мир угодил в такую переделку. Причина высоких цен на нефть состоит в том, что нефть не является обычным товаром. Большое количество нефти используется для перевозок, где особо ценится высокая плотность энергии нефти и тот факт, что нефть – это жидкость, которую легко перевозить и хранить. Транспортным системам сложно реагировать на рост цен на нефть по причине отсутствия реальной замены нефти. Поэтому спрос продолжал расти, несмотря на резкое увеличение цен на нефть. (Со временем покупатели решат, что с экономической точки зрения более выгодно бережно расходовать топливо, в результате чего спрос несколько снизится. Авиакомпании и водители автомобилей, например, закупают теперь более эффективную технику, в результате чего, после того как эти машины получат широкое применение, потребление нефти снизится.)

Сложно определить, в какой точно мере цены на нефть и биотопливо отразились на стоимости продуктов питания, и может быть, это не принципиально

Что касается предложения, нефть ведет себя еще более капризно, потому что большую часть запасов нефти контролируют компании, принадлежащие государству, которые не реагируют как нормальные компании, т.е. они не увеличивают автоматически выработку, когда цены повышаются. Некоторые из этих компаний и их государственные владельцы довольствуются лишь получением дополнительной прибыли за счет высоких цен. Накопление еще большего объема денежных средств – довольно слабый стимул для них, потому что им едва удается вкладывать и тратить те средства, которые у них уже имеются. Это отчасти объясняет то, что Саудовская Аравия и Катар, среди многих других, объявили, что будут сбавлять обороты или приостанавливать проекты расширения.

Другие, подобно тем, кто поражен «проклятием ресурсов», к своему удивлению обнаруживают, что на самом деле поступление большого количества денег снижает производительность. Почему? Потому что политики пускаются в погоню за деньгами и подрывают деловую среду, которая принципиально важна для долгосрочных инвестиций. Поэтому в России и Венесуэле реальный объем производительности падает, хотя эти страны и богаты ресурсами.

Вот почему сегодняшние цены столь высоки: тот факт, что нефть стоит дороже, не оказывает большого влияния на спрос, а в некоторых странах на самом-то деле затрудняет предложение. Есть взглянуть глобально, у кривых спроса и предложения почти вертикальный наклон, поэтому небольшие сдвиги дают большие скачки цен. (Частные денежные средства укрепляют эти фундаментальные силы еще и потому, что нефть и продукты питания стали теперь инвестиционными инструментами. Ввиду того, что другие рынки приносят такие слабые результаты и прогнозируется рост цен на товары, данные вложения стремительно растут.)

Несколько сложнее объяснить, почему столь высоки цены на продукты питания. Многие ученые мужи видят в высоких ценах на энергоносители причину того, что некоторые продовольственные культуры брошены на производство биотоплива, в частности, кукуруза и сахар, используемые для производства этанола (который смешивается с бензином), и соевые бобы, применяемые для приготовления биологического дизеля. Это сказывается на ценах на продукты питания, потому что зерновые «уходят» на производство биотоплива, а также потому, что создаются серьезные стимулы для перевода структуры посевных площадей из сферы продовольствия в более выгодную сферу биотоплива.

Дэвид Дж. Виктор

Несмотря на то, что это объяснение стало довольно популярным, так как обвиняется здесь простой злодей – энергетический рынок, – сложно определить, в какой точно мере цены на нефть и биотопливо отразились на стоимости продуктов питания, и может быть, это не принципиально. Подробная картина меняется в зависимости от вида сельскохозяйственных культур, но при внимательном изучении можно заметить, что, на долю инвестиций в биотопливо приходится, наверное, от 10 до 30 процентов сегодняшнего скачка цен на продукты питания.

Вряд ли последствия для цен на продукты питания являются самым веским доводом в пользу того, чтобы пересмотреть вложения в биотопливо. Некоторые наиболее популярные виды биотоплива, в частности обычный этанол, получаемые на основе кукурузы, а также биологический дизель, вырабатываемые из масличного семени, являются очень дорогостоящими способами снижения зависимости от нефти, мало способствуют борьбе с глобальным потеплением и сильно влияют на экологию.

Энергетический кризис и кризис продовольствия связаны не столько биотопливом, сколько базисными факторами. Спрос на топливо растет параллельно со спросом на продукты питания, особенно с учетом роста гигантских экономик таких азиатских стран, как Китай и Индия. Вместе с тем предложение ограничено и слабо из-за сочетания нескольких элементов. По причине случайных факторов, ослабивших предложение, и без того узкие рынки продовольствия и топлива оказываются совершенно расшатанными. В результате засух в Австралии, например, сократились общие запасы ряда продовольственных сельскохозяйственных культур на мировых рынках. Из-за нехватки квалифицированных инженеров и буровых вышек поставщикам нефти сложно предложить в качестве ответных мер разработку и введение в эксплуатацию новых нефтепромыслов.

Теоретически парные кризисы продовольствия и топлива открывают огромную возможность для реформы... На практике правительство ни одной крупной страны не воспользовалось этой возможностью для проведения серьезной реформы

Некоторые из этих «случайных» факторов могут стать более постоянными. В ближайшие десятилетия изменение климата может нанести еще более мощные удары по сельскохозяйственному производству (по крайней мере, до тех пор, пока фермеры не изыщут способов повышения производительности); узкий рынок машиностроения и тяжелого оборудования останется таким и в обозримом будущем.

© AP / Reporters

Теоретически парные кризисы продовольствия и топлива открывают огромную возможность для реформы. Более высокие цены на продукты питания приносят дополнительные доходы фермерам, которые зачастую являются самой мощной силой, блокирующей разумные реформы сельскохозяйственной политики. На практике правительство ни одной крупной страны не воспользовалось этой возможностью для проведения серьезной реформы.

Соединенные Штаты, например, как раз сейчас подтверждают меры экономической политики, в силу которых фермеры получают субсидии, ведущие к «перекосу» рынка, несмотря на то, что в истории последнего поколения не было времен, когда фермеры меньше всего нуждались в этой манне небесной. Мало что изменилось и в основных фермерских программах, ведущих к перекосу рынка в Европе и Японии.

В отдельных случаях правительства предпринимают меры, из-за которых на самом деле положение фермеров усугубляется. Индия, например, наложила запрет на экспорт риса, что приведет к снижению цены, которая платится фермерам, выращивающим рис, и подорвет стимулы для повышения производительности. Единственный реальный способ обеспечения продовольственной безопасности – позволить фермерам и потребителям взаимодействовать с мировым рынком, предлагающим самые разнообразные источники поставок.

Более высокие цены на энергоносители создают мощный стимул для бережного расходования. Однако многие правительства притупляют эти рыночные силы. Большое число стран, обладающих наибольшими запасами нефти, устанавливают цены на нефтепродукты гораздо ниже уровня цен на мировых рынках. Это относится, например, к Ирану и большинству остальных государств Персидского залива. (Этот фактор, а также повысившееся благосостояние объясняют, почему страны, обладающие запасами нефти, относятся к числу наиболее быстро растущих источников нового спроса на нефть.) Китай регламентирует определенным образом цены на нефть и еще более строго контролирует цены на электричество, что отчасти стало причиной сбоев в энергоснабжении в начале этого года. Вырабатывающие энергию предприятия столкнулись с повышением цен на уголь, но не смогли переложить эту дополнительную стоимость на потребителей. Оказавшись в безвыходной ситуации, они допустили истощение своих запасов угля, что сделало их более уязвимыми в случае перебоев с поставками, что и произошло, когда снежные бури повергли железнодорожную систему страны в хаос.

Для решения этих проблем необходимо исправить положение дел с фундаментальными факторами, а тяжелая правда о продовольствии и энергоносителях состоит в том, что отчасти из-за глобализации правительства западных стран не имеют больших возможностей для прямого воздействия.

Тяжелая правда о продовольствии и энергоносителях состоит в том, что отчасти из-за глобализации правительства западных стран не имеют больших возможностей для прямого воздействия

Что касается продуктов питания, политические курсы правительств затрагивают как предложение, так и спрос, но ввиду глобализации рынка ни одно правительство не может оказывать решающего влияния. Правительства могут повлиять определенным образом на спрос на продовольствие, но в мировом масштабе гораздо бόльшим инструментом воздействия является повышение предложения за счет более урожайных культур.

Что касается нефти, западные правительства отличаются отсутствием больших инструментов воздействия на предложение, хотя будучи крупными потребителями, они могли бы серьезно повлиять на спрос. Но чтобы изменить спрос, необходимо изменить принцип использования энергии в экономике, а подобные изменения зависят от инновации и применения новых технологий.

Один из основных способов повышения предложения продуктов питания и сдерживания спроса на нефть – технологическое новаторство. Но как раз искусная политика в области технологии – одна из тех сфер, в которых правительству сложнее всего мобилизовать свои силы.

Для развития технологий требуются долгосрочные и терпеливые вложения средств, а результаты неопределенные; лучше всего делать вложения в проекты, в которых умные менеджеры, владеют реалиями рынка, потому что государственным бюрократам особенно сложно добиться здесь успеха. Вместо этого погрузившиеся в кризис политики, как сегодня в связи с высокими ценами на продовольствие и топливо, хватаются за поспешные символические решения с известными результатами: они предпочитают контроль над ценами, мандаты для групп, пользующихся политическими преимуществами, таких как производители биотоплива, а также торговые ограничения.

Настораживает, что реальные инвестиции в технологии намного отстают от того объема, который был бы необходим для решения фундаментальных проблем. Правительства некоторых западных стран пытаются фактически сократить государственные инвестиции в международные научно-исследовательские институты, которые занимаются сельскохозяйственными культурами, совершили «зеленую революцию» и лучше всех готовы повторить этот успешный опыт в предстоящие десятилетия, если им предоставят необходимые ресурсы. Сегодня, после долгого периода сползания вниз, начавшегося в начале 80-х годов, в инвестировании в новые энергетические технологии намечается обратная тенденция, но объем вложений по-прежнему намного меньше необходимого.

Частные инвестиции в ряде областей обнадеживают, например, в перспективные виды биологического топлива и усовершенствованные аккумуляторы, которые позволят будущим автомобилям работать не только на нефтепродуктах, но и на электричестве.

Но в тех областях, где государственные инвестиции требуются больше всего, например, в строительстве перспективных угольных заводов с низким уровнем выбросов, которые понадобятся, если новые поставки энергии должны избежать выброса вредного углекислого газа – главной причины глобального потепления, – то сегодняшний объем инвестиций выглядит ничтожным. Во всем мире сегодняшних инвестиционных планов правительств хватит, может быть, для поддержки небольшого числа данных перспективных угольных заводов, тогда как в следующем десятилетии их потребуется несколько десятков для испытания надежного комплекса технологий.

Сегодняшние кризисы с продовольствием и топливом, по сути, – дело рук человека. Они возникли в результате увеличения спроса и ограниченного предложения. Чтобы выйти из сложившегося кризиса также понадобится человеческая изобретательность. Для этого правительствам необходимо гораздо лучше организовать свою работу, особенно в плане инвестиций в новые технологии.

Поделиться    DiggIt   MySpace   Facebook   Delicious   Permalink