ЯЗЫК
Из-за перевода русскоязычный выпуск "Вестника НАТО" размещается в Интернете примерно через две недели после англоязычного.
О "Вестнике НАТО"
Представление материалов на рассмотрение
Сведения об авторских правах
Редакционная коллегия
 RSS
Отправить эту статью другу
Подписаться на "Вестник НАТО"
  

Get the Flash Player to see this player.

Видеодебаты: помогают или мешают новые СМИ в конфликтной обстановке?

Видеодебаты «Вестника НАТО»: новые СМИ и зоны конфликтов

Следуя давней традиции дебатов в «Вестнике НАТО», для данного выпуска показалось вполне логичным привлечь более современные средства передачи информации.

Итак, надеемся, что это первые из многочисленных видеодебатов «Вестника НАТО». Очень кстати эти дебаты посвящены вопросу о роли новых СМИ в зонах конфликтов и операций.

Обсуждаются следующие вопросы: насколько свободно могут солдаты публиковать свои рассказы об операциях? Какая аудитория потребляет эту информацию? Как лучше всего реагировать военным на эти перемены в сфере распространения репортажей? И выигрывает ли Запад войну, развязанную боевиками в Интернете?

В дебатах участвуют редактор «Вестника НАТО» Пол Кинг и представители противоположных в данном случае сфер – вооруженных сил и новых СМИ.

Представитель военных: генерал Ван Лоон, начальник штаба НАТО в Гейдельберге (Германия). В прошлом году он вернулся из Афганистана, где командовал Региональным командованием «Юг».

Представитель новых СМИ: Хейден Хьюит, основатель сайта liveleak.com, уже несколько лет находится «на передовой» новых СМИ и военных вопросов.

Перейти к вопросу

Введение

Редактор «Вестника НАТО» Пол Кинг: Здравствуйте и добро пожаловать на первые видеодебаты «Вестника НАТО». Сегодня мы рассмотрим вопрос о том, как меняются СМИ и как это сказывается на сложной обстановке конфликта, в частности, на военных. Существует огромное число вебсайтов, блогов и размещенных на Интернете материалов, показывающих повседневную жизнь в обстановке конфликта в таких странах, как Афганистан. Эти материалы размещают все стороны-участницы конфликта – и солдаты западных стран, и афганцы, и талибы, и боевики.

В связи с тем, что страны Запада выделяют большие финансовые и людские ресурсы, а также берут на себя различные обязательства для создания более свободного общества в этих странах, сегодня мы задаемся вопросом о том, помогает или затрудняет эту работу бόльшая свобода слова, которой пользуются солдаты и работники непосредственно на местах?

Мы задаем себе и другие вопросы: вредят ли репортажи с передовой военному планированию? Или же это хороший пример свободы слова в действии?

Кто способен лучше рассказать нам о том, что происходит в военной обстановке: солдаты или журналисты? И как относятся военные к распространению новых способов работы СМИ в условиях сложных операций?

Сегодня вместе со мной в студии находятся два гостя, представляющих обе противоположные сферы. Во-первых, генерал Ван Лоон, начальник штаба в Гейдельберге, вернувшийся летом прошлого года из Афганистана, где он командовал Региональным командованием «Юг».

Также здесь присутствует Хейден Хьюитт, основатель одного из основных вебсайтов, на которых представлена подобного рода информация, LiveLeak.com, и на который ссылаются как Тони Блэр, так и Белый дом.

Мне хотелось бы начать с военных. Генерал Ван Лоон, когда вы были в Афганистане, знали ли вы о размещаемых в Интернете материалах о действиях и о конфликте в Афганистане?

ГЕНЕРАЛ ТОН ВАН ЛООН (начальник штаба в Гейдельберге): Как отцу детей, пользующихся этими техническими достижениями, мне, разумеется, известно о том, что солдаты будут обращаться к Интернет-дневникам и другим средствам, чтобы поделиться своими впечатлениями об Афганистане. Это реальность сегодняшнего дня. Это их способ общения. В наши дни вместо писем люди посылают электронные сообщения, более того, сегодня они создают Интернет-дневники, в которых записывают пережитое.

КИНГ: Считаете ли вы, что это может принести пользу военным? Обсуждается ли в вышестоящем звене вопрос о том, как воспользоваться этим?

ВАН ЛООН: Это сложный вопрос. Разумеется, есть очень положительные и очень отрицательные примеры, но эта информация имеется в наличии, и люди обмениваются информацией – это факт. Ведь мир не изменишь! Так уж получилось.

Теперь нам нужно подумать о том, как обернуть это явление себе на пользу. Как обязательно сделать так, чтобы молодые солдаты поняли, как эта система работает, как реагируют на их Интернет-дневники люди в их родных странах, что думают их родители, когда они пишут что-нибудь в Интернет-дневниках? Как сделать так, чтобы помочь им улучшить эти Интернет-дневники и как поступать с закрытой информацией? А ведь приходится делать все необходимое, чтобы сведения, представляющие опасность для самих солдат или для частей и подразделений, в которых они служат, не попадали в Интернет-дневники. Причем делать это нужно с умом, укрепляя хорошие стороны и стараясь свести к минимуму не столь хорошие стороны.

Какую роль играет теперь цензура применительно к новым СМИ?

КИНГ: Считаете ли вы, что в некоторых ситуациях правильно вводить цензуру, контролировать информацию, содержащуюся в Интернет-дневниках?

ВАН ЛООН: Мне кажется, что цензура – устаревшее понятие. Мы живем в век информационных технологий, информационный век. Цензура должна скорее носить форму разъяснительной работы, выработки понимания у людей. По моему представлению, в определенные периоды было бы полезным вообще временно отключать информационный канал. У многих стран есть подобные системы, например, если кто-то погибает, то телефонные линии, спутниковые каналы перекрываются. Это делается для того, чтобы нельзя было переслать информацию напрямую, потому что первыми ее должны получить родственники.

Но вновь хотел бы подчеркнуть, что, по-моему, гораздо полезнее вести разъяснительную работу с молодыми солдатами. Да, наш век – информационный, но солдаты должны понимать, что Интернет-дневник, который они воспринимают как свой личный, таковым не является, потому что по природе своей Интернет общедоступен.

КИНГ: Существуют ли программы для разъяснения всего этого солдатам?

ВАН ЛООН: Я полагаю, у большого числа государств есть такие программы. Теперь в НАТО нам нужно создать хорошо организованную систему управления этим процессом. Я бы всячески приветствовал систему, позволяющую солдатам пользоваться новыми средствами массовой информации, пользоваться хорошей стороной этих новых СМИ.

Вы упомянули в своем вступительном слове, что сейчас существует много возможностей для просвещения широкой аудитории, и об этом как раз идет речь. Так что с помощью этих средств массовой информации можно добиться больших положительных результатов.

Кто пользуется этими вебсайтами?

КИНГ: Мне хотелось бы спросить вас, господин Хьюитт, поправьте меня, если ошибаюсь, но ведь ваш вебсайт не создавался конкретно для размещения заметок военных, а оказался очень популярным именно среди них.

ХЕЙДЕН ХЬЮИТТ (основатель вебсайта LiveLeak.com): Да, мы не знали, что именно на этом наш сайт будет специализироваться, но мы знали, что это будет важной частью сайта.

КИНГ: Удивляет ли вас это? Можете ли вы объяснить, почему военные так часто пользуются вашим сайтом?

ХЬЮИТТ: Мне кажется, что если создать определенную веб-среду, и если люди будут знать, что ее основным предназначением не является развлечение, то они более охотно будут делиться очень серьезными вещами, например, видеокадрами из районов военных или боевых действий.

КИНГ: Талибы и боевики в Афганистане также пользовались вашим вебсайтом. Могли бы вы сравнить западных пользователей и талибов: кто из них более продвинутый? Кто размещает больше всего видеоматериалов? Какие тенденции вы просматриваете?

ХЬЮИТТ: Хотел бы заметить, что я сомневаюсь в том, что это талибы загружают видеоматериалы на LiveLeak. Обычно они поступают из западных источников, которые отслеживают эти видеоматериалы.

Если говорить об этом как о пропагандистской борьбе, тогда, без сомнений, талибы и боевики гораздо более эффективно подают свою информацию, очень быстро и по всему миру. Гораздо быстрее, чем, может быть, наша система позволяет распространять информацию из этих районов. И, конечно же, они выпускают огромное число видеоматериалов.

КИНГ: Наблюдали ли вы какие-то изменения в этих видеоматериалах с течением времени, в плане стиля, содержания? Или здесь ничто не стоит на месте?

ХЬЮИТТ: Постановочные достоинства – а по-другому их не назовешь – несколько улучшились. Они используют больше графических средств изображения движения, трехмерной графики, больше титров. Они всегда по-прежнему сопровождаются нашидами или в качестве звукового фона используются песни.

Что касается тенденций, я бы сказал, что прямых актов индивидуального насилия в этих видеороликах, кажется, становится меньше. Внимание в них переключается на военную цель, потому что аспект индивидуального насилия явно не приносил искомых результатов. Ничто не вызывает у людей большего отвращения. Ничего у них здесь не получалось, поэтому они решили пойти иным путем и в большей мере представлять себя участниками действий военного характера. Они стали размещать больше материалов о кампаниях подобного рода.

Чем новые СМИ отличаются от старых СМИ?

КИНГ: Имея в виду материалы, которые вы загружаете, можно с уверенностью считать вас свободным новым СМИ, к тому же на вас не налагаются те ограничения, которые существуют для других крупных СМИ. А ведь в них идет очень много дебатов о том, что допустимо показывать широкой аудитории. Какого рода анализ вы проводите, прежде чем загрузить материал, а также, после того, как был размещен материал, за который, по вашему мнению, солдаты могут подвергнуться обвинению?

ХЬЮИТТ: Довольно часто соблюдаются определенные меры предосторожности. В отличие от крупных СМИ, передающих новости напрямую в дома людей, на сайте LiveLeak надо сначала прочитать описание, щелкнуть на ссылку, проверить, достаточен ли срок давности, так что уже есть определенные меры предосторожности, потому что люди знают, что увидят.

Когда материал поступает от солдат, я думаю, что в случае серьезного нарушения секретности операции, они узнают об этом очень быстро и обратятся к нам с просьбой убрать видеоматериал. Честно говоря, я слышал об этом напрямую от солдат крайне редко.

КИНГ: А можете ли вы рассказать нам о ваших связях с военными. Обращались ли к вам военные по поводу какого-либо видеоматериала на вашем сайте?

ХЬЮИТТ: ВС США, их управление по делам прессы размещают материалы на LiveLeak, у них есть свой канал. Помимо этого не так уж много контактов, честно говоря, не считая предоставления видеоматериалов в прошлом для учебных целей.

Как лучше всего контролировать сообщения?

КИНГ: Вы работаете с новыми СМИ с самого начала их становления. Как реагировали военные круги в самом начале, когда это было новым явлением?

ХЬЮИТТ: Точно так же, как и правительственные круги – испытывали настоящий ужас: как же так, мы вдруг не можем больше контролировать всю информацию. На начальном этапе речь даже не шла о том, что поступала какая-то особенно деликатная информация, просто обескураживал сам факт, что передача сведений не контролировалась и что они ничего не могли сделать.

Ну посудите сами: вы привыкли работать по определенному порядку, а потом вдруг появляется эта новая технология. Поневоле испытаешь шок.

КИНГ: Генерал Ван Лоон, может быть, вы могли бы рассказать о том, как этот шок проявился в армии?

ВАН ЛООН: Это лишь часть шока. Будем реалистами. Дело в том, что нам нужно заниматься СМИ, обмен информацией становится важнее защиты информации. Мы ведем то же самое обсуждение, когда говорим об обмене секретной информацией.

По-прежнему существует сильная тенденция придерживать информацию, чтобы не нарушить требований безопасности, и здесь идет точно такое же обсуждение. Вероятность того, что что-то произойдет, что будет нарушена секретность операций, чего мы всячески стремимся избежать, не должна мешать нам пользоваться всеми положительными моментами. Нам необходимо понять, что у открытых вебсайтов гораздо больше возможностей, но также может быть и у более защищенных вебсайтов.

Я могу прийти в свой банк в Нидерландах, взять карточку, вставить ее в аппарат, ввести комбинацию из нескольких цифр, подключиться к защищенной сети и оформить денежные переводы. Если мы доверяем такие операции банкам, почему бы не разместить информацию на вебсайтах?

В качестве примера приведу борьбу с СВУ (самодельные взрывные устройства. – Прим. перев.) – самой серьезной угрозой, с которой мы сталкиваемся в Афганистане. Для нас крайне важно быстро выяснить, как они применяются, как действуют. Благодаря новым СМИ молодой сержант, служащий в Афганистане и столкнувшийся с подобным явлением может рассказать об этом на защищенном вебсайте, а другой сержант где-нибудь в Нидерландах, в Соединенных Штатах или в Соединенном Королевстве может сразу же подключиться к этому вебсайту, выяснить, что такие инциденты случаются в Афганистане и предложить включить это в программу учебной подготовки.

Это замечательная форма использования новых СМИ, и я полагаю, мы не должны ею пренебречь. За последние десять лет в вооруженных силах произошло так много изменений, и не хотелось бы, чтобы возникали проблемы просто из-за нежелания менять что-либо.

Такие сложные операции, как, например, афганская, заставляют нас быстро учиться. Трансформация НАТО идет сейчас полным ходом, так что я уверен, мы сможем принять эти нововведения. Я лично не очень беспокоюсь на этот счет.

Но есть, конечно же, и другая сторона: мы должны разъяснять людям, которые подключаются к этим сайтам, с какой позиции пишутся эти Интернет-дневники, поскольку непонимание таит в себе определенную опасность. Молодой человек или девушка, попадающие первый раз в жизни под обстрел, должны открыть ответный огонь, это очень сильное испытание, они постоянно об этом думают, поэтому все, о чем они пишут в Интернет-дневниках, полностью подчиняется этой сложной ситуации.

И еще, если вы смотрите на это в отрыве от контекста, у себя дома, то у вас создается впечатление, что в Афганистане круглосуточно, семь дней в неделю идет война, а это не соответствует действительности. Девяносто девять процентов работы выполнено, идет восстановление, стабилизация страны. Но не исключены и боевые действия.

КИНГ: Позвольте спросить вас о командных инстанциях, ибо по вполне понятной причине у военных есть система, четко контролирующая, кто что знает и в какое время. Теперь, когда солдаты в самом нижнем звене военной иерархии могут обнародовать сведения, как вы говорите, на незащищенных вебсайтах, и кто угодно в мире может ознакомиться с этими сведениями, – как это вписывается в систему командных инстанций, которая была четко и целенаправленно создана для проведения конкретной операции?

ВАН ЛООН: Во-первых, у нас лучшие в мире солдаты. В этом мы можем быть совершенно уверены. Это очень хорошие солдаты, высококлассные профессионалы. И я своим солдатам доверяю, потому что нет причин не доверять им. Конечно, это то, что я назвал до этого системой управления. Нам нужно подумать о том, как сделать так, чтобы если они допускают ошибку, мы могли бы сказать им: «Послушай, ты поступил не самым лучшим образом, исправься и в следующий раз делай лучше!» Так что мы делаем на этом упор.

Однако во всех звеньях командования мы отвечаем за выполнение задачи. Это значит, что я выполняю свои обязанности, подчиняющиеся мне полковники – свои, а солдаты – свои обязанности. Конечно же, мы знаем о существовании капрала-стратега, как его иногда называют, мы знаем, что его действия имеют незамедлительные последствия, потому что за ними может следить телекамера, политик или юрист.

Так что мы должны обеспечить, чтобы у этих капралов-стратегов был необходимый для выполнения их задачи багаж. Это подразумевает и доверие, когда они размещают материалы в Интернет-дневнике.

Используются ли эти вебсайты в воспитательных целях или для развлечения?

КИНГ: Мне хотелось бы спросить вас обоих, считаете ли вы, что материалы, которые сейчас размещают и публикуют те, кто действует на местах, служат воспитательным целям или воспринимаются как развлечение?

ВАН ЛООН: Хороший вопрос. Я видел Интернет-дневники солдат, которые, в моем понимании, были очень полезными в воспитательном плане, создавали наилучшую картину происходящего. Таким образом, люди могли узнать, как обстоят дела на самом деле, какая это сложная задача. Я также видел Интернет-дневники, которые были… менее полезными с воспитательной точки зрения, которые, скорее, развлекали публику. Я полагаю, то же самое можно сказать об Интернете. Если подключиться к Интернету и начать поиск на какую-либо тему, из каких-то материалов можно почерпнуть очень многое, тогда как из других – почти ничего. Следует самому выбирать, что пригодится из этой новой информации.

КИНГ: Хейден Хьюитт?

ХЬЮИТТ: Мне кажется, здесь надо ставить вопрос не только о СМИ, но и об аудитории. Например, один человек будет смотреть телевизор и усвоит для себя что-нибудь, а другой будет сидеть, показывать пальцем и смеяться.

Так что всегда найдутся люди, которые вынесут для себя что-то полезное из сообщений СМИ, но невозможно гарантировать, что видеоматериал послужит воспитательным целям, потому что кому-то просто не хочется учиться. Для меня же самый положительный аспект этих видео состоит в том, что они объясняют нашему поколению и следующим поколениям, что такое война на самом деле. А мне порой кажется, что именно это мы совсем упустили из виду.

Как это отражается на выполнении миссий?

КИНГ: Продолжая эту тему, как по-вашему, если смотреть эти видеоматериалы, читать Интернет-дневники, то есть, видеть реальную войну, – может ли это повлиять на поддержку миссии? Как вы считаете, могут ли люди, которые видят, что несет с собой война в действительности, начать выступать за или против наших действий, действий НАТО в Афганистане?

ХЬЮИТТ: У каждой медали есть оборотная сторона, не правда ли? По-моему, если люди видят военные действия в таком «вычищенном» виде, как это часто делают крупные СМИ или какие-либо другие СМИ, то у них складывается такое представление, будто мы сражаемся с неэффективным противником, которого мы намного превосходим, к тому же, как правило, нам показывают, как с большой высоты сбрасываются бомбы. Но наши солдаты по-прежнему гибнут, и мы оказываемся в некотором замешательстве.

Мне кажется, что эти видеоматериалы помогают увидеть суровую действительность войны людям, которые не могут или не хотят испытать это на себе. А это и есть реальная действительность на местах.

Это может привести вас в ужас, и вы не станете поддерживать войну, но, по крайней мере, вы будете знать истинное положение дел. Вы осознаете, что молодым людям грозит реальная опасность и даже смерть. Это вам не бомба лазерного наведения, сбрасываемая с огромной высоты.

КИНГ: Генерал, каково ваше мнение?

ВАН ЛООН: Две стороны медали. Во-первых, в своих репортажах солдаты объясняют широкой аудитории реальную ситуацию на местах событий. Речь идет не только о суровой действительности боевых действий, но и о помощи, которую они оказывают афганской армии. Они рассказывают, как они сотрудничают с афганской армией, как помогают осуществлять строительные проекты.

Но, с другой стороны, конечно же, одна из самых серьезных проблем в Афганистане состоит в том, что население не может свободно получать информацию. Мы должны создать такие условия, при которых наша аудитория получала бы информацию свободно и составляла бы свое собственное мнение. И в наших же собственных интересах сделать так, чтобы эта информация была как можно более четкой и максимально понятной.

Не в наших интересах утаивать информацию. Я не думаю, что мы должны рекламировать свою работу в Афганистане, но мы должны сделать так, чтобы все понимали, как сложна и вместе с тем чрезвычайно важна эта работа.

Идет ли речь о той же аудитории, что и аудитория крупных СМИ?

КИНГ: Вы оба упомянули аудиторию. Могу ли я спросить вас, на кого, по вашему мнению, рассчитана эта информация? Здесь тоже явно есть две стороны медали, о которых мы уже говорили. С одной стороны, есть зрители в западных странах, в странах, направивших свои воинские контингенты – это налогоплательщики, на средства которых ведутся военные действия. С другой стороны, есть талибы, боевики, стремящиеся расширить свои ряды.

Хейден, могу ли я обратиться сначала к вам. Считаете ли вы, что ваша аудитория поделена на равные части или есть преобладающая аудитория в определенных странах?

ХЬЮИТТ: Явно просматривается западный перекос в аудитории. Это не вызывает никаких сомнений. Это западный вебсайт. Насколько мне представляется, по другую сторону баррикад мы будем наблюдать противоположную картину.

Я считаю, что во всех СМИ присутствует элемент пропаганды, – намеренный или нет, но элемент пропаганды есть, и можно использовать СМИ и по ту, и по другую сторону, чтобы доказать все что угодно.

Можно взглянуть на СМИ талибов и сказать: «Смотрите, они же кровожадные убийцы». А с другой стороны, можно сказать, что они храбрые борцы за свободу. То же самое можно было бы сказать и про наши войска, про войска западных стран. С помощью каких угодно СМИ, если есть желание исказить смысл, можно доказать что угодно. И в моем понимании это зашло слишком далеко.

Как сказал генерал, мы недостаточно видим сообщений о той положительной работе, которая ведется в Афганистане. Почему нет настоящей блиц-кампании СМИ? В наши дни организовать подобную кампанию в новых СМИ не так уж дорого. Таких материалов должно быть гораздо больше. Пусть люди действительно узнают о том, что происходит в стране, ведь в представлении большинства там много боев, большое количество нападений с применением СВУ, ведется обстрел из гранатометов и совершаются жуткие акты прямого насилия в отношении людей. Никаких положительных аспектов нам вообще не показывают.

КИНГ: Но ведь на сайте LiveLeak есть и более конструктивные видеоматериалы, в которых меньше насилия, меньше взрывов. Как вы считаете, они пользуются таким же успехом, люди заинтересованы в подобных сюжетах?

ХЬЮИТТ: Будем реалистами, если на видео заснято, как что-то взрывается, то тем большее число людей будут его смотреть. Это вполне естественно. Что мне нравится в более положительных видеоматериалах и что примечательно – они вызывают более интересное обсуждение, с моей точки зрения. Если на видео идет перестрелка, аудитория сразу же делится на два лагеря: одни за, другие против, какая бы сторона ни сняла видеоматериал.

Когда речь заходит о восстановлении и миротворчестве, то поляризация снимается. Кто-то может считать это несколько циничным, кому-то покажется, что это потемкинские деревни, а потому не стоит прилагать больших усилий в этом направлении. А потом вы смотрите этот видеоматериал и задаетесь вопросом: «Откуда он взялся? Происходит ли все это на самом деле?» Причем может всего лишь быть показано, как солдат раздает конфеты, но я считаю, мы должны знать больше о положительных аспектах той работы, которую НАТО ведет в Афганистане.

КИНГ: Генерал, мы говорили о крупных СМИ. Как вы полагаете, новые СМИ дополняют или замещают крупные СМИ? Можете ли вы с их помощью осветить события, которые не вызывают интереса у крупных СМИ?

ВАН ЛООН: Конечно. Материалы, которые солдаты размещают на новых СМИ и в своих Интернет-дневниках, являются дополнительным источником информации. Если мы можем этим пользоваться, то почему бы этого не делать? Честно говоря, мне не очень нравится слово «пользоваться», потому что речь идет о совершенно нормальном процессе – обмене информацией.

При этом показывается, что происходит на самом деле. Таким образом, те, кто принимают решения, могут увидеть, что это означает на практике, что переживает солдат, и тем самым люди лучше начнут понимать, какая это сложная работа. И если затем к этому добавить другие СМИ, которые уже несколько лучше организованы, если использовать новые СМИ, чтобы объяснить, почему так важно установить связь между тем, как это воспринимают афганцы и как это воспринимают на Западе, и в итоге сочетать эти СМИ, – вот тогда они станут по-настоящему эффективным средством.

И, конечно же, мы ни в коем случае не должны попасть в ловушку и попытаться злоупотребить новыми СМИ, как иногда намеренно поступают талибы. Некоторые нападения с применением СВУ снимаются теперь на видеопленку, а за эти пленки платят деньги. Вот и получается, что они снимают такой «классный» кровавый видеофильм, зарабатывают на этом кучу денег, и конфликт предстает в совершенно искаженном виде.

И мы, конечно же, должны осознавать, что такие вещи происходят. Поэтому нам следует принимать соответствующие меры противодействия. Как опровергать подобного рода информацию? Как реагировать на что-то, происходящее в новых СМИ?

Мы очень хорошо воспринимаем что-то, происходящее в обычных СМИ, а вот реагировать на сообщения в новых СМИ нам пока еще сложно.

КИНГ: Хейден Хьюитт, можете ли вы рассказать о том, какого рода связи у вас установлены с основными СМИ? Как они использовали вас, если были такие случаи?

ХЬЮИТТ: Судя по тем сведениям, которые ко мне поступают, судя по моим беседам с журналистами, многие отделы новостей регулярно заходят на наш сайт. И если они обнаруживают там какую-нибудь интересную историю, то, вероятно, свяжутся с тем, кто ее разместил, или просто «прикарманят» ее.

Мне кажется, все дело в том, что на основные СМИ оказывается давление, которое мы на себе не испытываем. Было бы слишком легко окрестить их большими злыми монстрами, совсем плохими. Но это не так, ведь на них оказывается коммерческое давление, политическое давление, а на нас нет. У них количество сюжетов ограничено временными рамками. Для нас нет такого ограничения.

И нам гораздо проще быть беспристрастными, поскольку нам не надо стараться понравиться какой-то определенной аудитории, а им приходится это делать, потому что такова природа коммерческого телевидения.

Некоторые СМИ очень хорошо проявили себя. Мы пересекались с частью из них, и они показали настоящую объективность. А другие чувствуют, что Интернет и новые СМИ представляют угрозу для них, и тогда они дают это четко понять, усугубляя негативное отношение к репортажам на нашем сайте. На самом-то деле, то же самое происходит, когда сталкиваешься с крупной корпорацией.

КИНГ: Видите ли вы перспективы объединения или пока вы существуете параллельно?

ХЬЮИТТ: Я думаю, что Интернет и новые СМИ станут более структурированными. Большое число сайтов примут более корпоративную форму. Мне кажется, что гораздо бόльшую работу предстоит проделать основным СМИ, чтобы избавиться от всего ненужного и выйти на такой уровень, на котором они смогут функционировать в мире новых СМИ, если они действительно этого хотят.

С моей точки зрения, это не просто два разных потока информации. Мне не кажется, что их нужно воспринимать как соревнующихся друг с другом каким-либо образом, или что есть какая-то потребность в объединении. Это два совершенно отдельных друг от друга течения. Крупные СМИ могут очень эффективно привлекать внимание людей к чему-то новому. А затем, если люди хотят выяснить какую-то подробность или побольше узнать о каком-то эпизоде, они могут обратиться к новым СМИ.

Грозит ли нам опасность перенасыщения информацией?

КИНГ: Сегодня информация гораздо более обширная, доступная и поступает с большей периодичностью, чем всего лишь 10-15 лет назад. В Афганистане идет война, так что нужно освещать «горячую тему».

Мне хотелось бы спросить сначала вас, генерал: не беспокоит ли вас опасность пресыщения информацией? Предоставляя так много информации, нет ли опасения, что в конце концов люди перестанут воспринимать войну?

ВАН ЛООН: Разумеется, есть. Кстати, во многих зонах конфликтов по прошествии определенного времени основные СМИ теряют интерес к происходящему. Так действительно бывает. Я не думаю, что в ближайшем будущем это произойдет в Афганистане, поскольку сейчас это тема номер один.

Но и здесь новые СМИ станут дополнительным источником информации, к которому тоже можно обратиться.

Мне бы хотелось указать на то, что сегодня сложилась такая обстановка, когда для принятия решений требуется гораздо более разносторонняя информация, причем особенно важно, из какого района она поступает. Раньше мне нужно было знать только позицию противника и нашу позицию. А теперь этого недостаточно. Мне нужно знать все о населении, о том, что им движет. Я должен знать, о чем наши противники пишут в Интернет-дневниках, чтобы видеть, как это воздействует на население.

Мне нужно знать, что делают НПО (неправительственные организации), чтобы наши операции не нарушали их работы. Так что теперь требуется значительно больше информации, с одной стороны, но это автоматически означает, что мы тоже должны проявить больше внимания. Я уже сказал, что сегодня генерал не может позволить себе заняться тем, что делает солдат на низовом уровне, потому что генералу нужно отслеживать и другие вопросы.

Поэтому генерал должен доверять солдатам и взводным, не сомневаться, что они все будут делать правильно. Нужно также, чтобы они понимали свою задачу. Поэтому наше окружение начинает напоминать общество – оно становится очень многообразным.

КИНГ: Хейден Хьюитт, опасность информационного перенасыщения?

ХЬЮИТТ: Мне кажется, это было бы более вероятным, если бы каждый день нам подавали прекрасно отшлифованный и вычищенный материал. Я полагаю, что материал, который размещают солдаты, является в гораздо большей степени личным. Это, скорее, личное мнение, рассказ о личном опыте, к тому же каждый день можно знакомиться с материалами, размещаемыми разными людьми, то есть узнать точку зрения другого человека. Так что я не слишком переживаю насчет перенасыщенности в сфере новых СМИ.

Могут ли новые СМИ принести пользу Афганистану?

КИНГ: Генерал Ван Лоон, могу ли я задать вам вопрос об обществе, о котором мы говорим и которое вы упомянули? Конечно же, уровень грамотности афганского общества очень низок. Электроснабжение иногда работает с перебоями. Иными словами, гулять по Интернету не так просто.

В какой мере афганцы, живущие в стране, могут воспользоваться этими новыми СМИ и связанными с ними новшествами?

ВАН ЛООН: В настоящий момент, практически не в какой. Восемьдесят процентов населения неграмотны. Самое важное направление, которое радикальным образом изменит Афганистан, – это образование, потому что тогда люди займутся поиском информации и смогут собирать ее. А если вы можете самостоятельно получить информацию, значит, вы без труда составите свое мнение, и тогда сложнее будет относительно пустой болтовней превратить целые группы людей в террористов.

Поэтому мы должны обеспечить доступ к информации, и первый шаг к этому – образование, разумеется. А пока этого не произошло, любая помощь с нашей стороны в получении информации очень полезна.

Например, раздача радио, простых радиоприемников, очень хорошо работающих с небольшим генератором или на батарейках. Таким образом, человек получает возможность выслушать мнения других людей и составить свое собственное.

Что мы можем посоветовать улучшить?

КИНГ: Хейден, мне хотелось бы в завершение интервью задать вопрос о сравнении видеоматериалов, размещаемых на LiveLeak. Вы видите материалы, поступающие от боевиков, талибов или подставных лиц, и вы видите материалы, размещаемые военными. Поэтому вы можете дать хороший совет военным о том, как им сделать свои видеоматериалы более эффективными. Какой совет вы бы дали?

ХЬЮИТТ: Очень сложно сравнивать эти материалы, потому что талибы готовят продукцию, которая полностью устраивают тех, на кого она рассчитана. В отличие от старых методов пропаганды, сейчас их видеоматериалы направлены не на общение с нами или на внушение страха генералам, или на что-то подобное, а на то, чтобы общаться с людьми, которые уже верят в их дело и, может быть, таким образом, укреплять их поддержку.

Поэтому они снимают свои видеоролики именно в расчете на эту целевую аудиторию.

Мне кажется, что западным странам сделать это гораздо сложнее. В западных странах намного шире доступ к информации. Мы в большей степени понимаем, как функционирует пропаганда в целом, и поэтому она в меньшей степени действует на нас.

Просто, я полагаю, что наряду с обеспечением скрытности операций все же необходим определенный уровень прозрачности и открытости, поскольку люди рассчитывают на это и знают, когда они этого не получают. И хотя к революции это не приведет, но непременно посеет еще больше зерен недоверия.

Так что повторю еще раз: нужна открытость. И прозрачность, по мере возможности, будет для НАТО самым лучшим подходом к новым СМИ. Если уж вы захотели углубиться в тему, то за неимением лучшей формулировки, скажу так: цифровая борьба в режиме онлайн.

КИНГ: Генерал, вы хотите отреагировать на это?

ВАН ЛООН: Полностью согласен.

КИНГ: Прекрасно. Генерал Ван Лоон, Хейден Хьюитт, большое спасибо.

Поделиться    DiggIt   MySpace   Facebook   Delicious   Permalink