Один британец, готовившийся стать доморощенным террористом, пояснил, что его подвигло к действию участие страны в войне в Ираке.

По прошествии более десяти лет после терактов 11 сентября сотрудникам контртеррористических служб, ученым и политикам до сих пор трудно понять, что движет людьми, которые росли и воспитывались в западных городах (например, Лондоне, Торонто, Копенгагене, Нью-Йорке или Мадриде), заставляя их становиться врагами страны, гражданами которой они являются и в которой живут, и нападать на нее.

Один ответ, найденный после детального изучения десятков тысяч страниц стенограмм судебных дел по четырнадцати самым серьезным заговорам «Аль-Каиды», которые замышлялись против Запада в течение последних десяти лет, заключается в том, что политическое недовольство Западными странами, сражающимися на землях мусульман, последовательно и часто приводилось как политическое оправдание терактов против Запада.

Смена лояльности

Проблематика лояльности явно прослеживается в обращении к насилию лиц, воспитывавшихся на Западе. По мере того, как эти лица становятся радикалами, готовыми к применению насилия, они перестают быть лояльными по отношению к родной стране и переходят на сторону транснационального исламского дела, воплощением которого является Аль-Каида. Например, родившийся в Великобритании Омар Хиям, замышлявший нападение на ночной клуб и торговый центр в Великобритании в рамках операции «Расщелина», сказал, что к 2002-2003 году он окончательно убедился, что Запад воюет с исламом. Участие Великобритании во вторжении в Ирак заставило его изменить точку зрения и стать лояльным другой стороне.

Он сказал: «Разговоры о том, что надо атаковать Великобританию, я услышал впервые в 2001 году, когда началась война в Афганистане. Но большинство так не считало. Тогда и я находил причины для оправдания Великобритании, утверждая, что у нее не было выбора. Мы родились здесь, и потому были в определенном смысле преданы Великобритании. Все изменилось после вторжения в Ирак. Война в Ираке стала последней каплей. Люди действительно не понимали, зачем напали на Ирак. Потому что тут каким-то образом была замешана нефть? Это была война с исламом. Я тогда был в Пакистане. У очень многих изменилось отношение. Если раньше и я, и другие искали причины для оправдания, то теперь мы стали считать, что надо атаковать Америку и Великобританию».

Родившийся в Великобритании Омар Хиям, замышлявший нападение на ночной клуб и торговый центр в Великобритании, сказал, что к 2002-2003 году он окончательно убедился в том, что Запад ведет войну с исламом

Месть

Еще одна причина, о которой постоянно твердили те, кто планировал нападения на Запад, – желание отомстить за решения и действия во внешней политике Западных стран. Например, в записанном на видеопленку обращении от 7 июля 2005 года Мухаммед Сиддик Хан, террорист-смертник, подорвавший себя в лондонском метро, так объяснял теракт:

Руководитель терактов в Лондоне Мухаммед Сиддик Хан сказал: «Идет война, и я солдат»

«Наши демократически избранные правительства постоянно совершают чудовищные поступки против моего народа по всему миру. И если вы их поддерживаете, значит, вы несете прямую ответственность, точно так же как я несу прямую ответственность за защиту и отмщение моих мусульманских братьев и сестер. Пока мы не будем ощущать себя в безопасности, вы будете объектами наших ударов, пока вы не прекратите бомбить, травить газом, сажать в тюрьму и пытать мой народ, мы не прекратим эту борьбу. Идет война, и я солдат. Теперь вы тоже почувствуете реальность этого положения».

Еще один террорист, Шехзад Танвир, также заявил о мести в своем видеообращении, отметив, что британские немусульмане заслужили подобные нападения, поскольку они проголосовали за правительство, которое продолжает «угнетать наших матерей, детей, братьев и сестер в Палестине, Афганистане, Ираке и Чечне».

Неуспех ненасильственного протеста

Обращение к насилию со стороны большого числа заговорщиков стало эволюционным изменением, после того как они решили, что ненасильственные политические действия не приведут к смене внешнеполитических курсов стран. Как и Хиям, Ахмед Абдулла Али, один из участников заговора 2006 года с целью взорвать жидкую бомбу на трансатлантическом рейсе, заявил в своих показаниях, что война в Ираке стала критическим событием, катализировавшим его антиамериканские и антибританские настроения. Он разъяснил, что после участия в демонстрациях и протестах, он пришел к выводу, что политического протеста и гуманитарной помощи недостаточно, чтобы изменить глубинную проблему – британскую внешнюю политику.

«…Я стал относиться с меньшим энтузиазмом и уверенностью к таким вещам, как протесты и марши. Мы провели самый крупный в истории марш, в котором участвовал один миллион граждан, но это не возымело никакого действия… Так что, если подытожить, я решил, что коренная проблема не в беженцах и протестах, потому что это просто симптомы. Коренная проблема – внешняя политика, и заняться надо именно ей».

Религиозная лексика и обязательство

Хотя многие сообщения заговорщиков изложены религиозным языком, чтобы дать моральное оправдание (или даже обязательство по религиозному мандату) запланированного теракта, на самом деле их заявления говорят о политических претензиях ко внешней политике Запада, оформленных религиозной лексикой. Например, до совершения попытки теракта Ричард Рид, снискавший себе дурную славу тем, что заложил взрывчатку в свою обувь, написал в письме матери:

«То, что я делаю, – это часть войны между исламом и неверием . . . Я не совершил это действие по незнанию или просто потому, что хотел умереть, нет, я считаю своим долгом помочь изгнать войска американских угнетателей из мусульманских стран . . . мы не можем бороться с ними иначе . . . мы готовы умереть, защищая настоящий ислам, чтобы не сидеть сложа руки, позволяя американскому правительству диктовать нам, во что нам верить и как нам себя вести . . . это война между исламом и демократией».

Аналогичным образом Адис Медунжанин, один из участников заговора с целью совершения теракта в нью-йоркском метро в 2009 году, объяснил, что он обратился к насилию, поскольку воспринимал внешнюю политику США в отношении глобального мусульманского сообщества как нарушение морали. Он сказал, что увидел репортажи о том, как обращаются с мусульманами в тюрьме Абу-Грейб (тогда появились новые снимки). Это вызвало у него гнев и заставило его поощрять джихад в мечети и после игры в баскетбол с друзьями, но никто не отваживался. Адис почувствовал, что должен что-то делать, чтобы присоединиться к борьбе, которую вели его браться мусульмане. Поскольку много из того, что делали США, было неправильно, он должен был что-то предпринять, чтобы помочь своим братьям мусульманам… Адис решил отправиться в Афганистан и примкнуть к талибам. Там он будет сражаться с американскими солдатами, дислоцированными в стране, и убивать их.

Тюрьма Абу-Грейб. Плохое обращение в ней побудило к действию одного из заговорщиков, планировавших теракт в нью-йоркской подземке

Месть, безрезультатность ненасильственных протестов и кажущийся религиозный долг – из всего этого складывалась конечная цель каждого из 14 заговоров: заставить Западные державы изменить свой внешнеполитический курс.

По словам одного свидетеля на судебном процессе по делу участников теракта в Мадриде в 2004 году, участие Испании в войне в Ираке стало оправданием для совершения нападения на Испанию. Свидетель отметил, что «с учетом перспективы конфликта в Ираке, Испания стала врагом ислама, а значит, надо будет напасть на Испанию». Однако считается, что непосредственно на время и характер нападения повлиял тот факт, что на вебсайте – Jihadi Iraq, – найденном на компьютере одного из лидеров заговорщиков, было размещено сообщение с рекомендацией напасть на Испанию. Это сообщение призывало организовать серию взрывов незадолго до всеобщих выборов в Испании, в результате чего будет избрано новое правительство, которое затем выведет испанский воинский контингент из Ирака.

Принуждение

Намерение совершить принудительные действия четко просматривалось: «Поэтому мы утверждаем, что для того, чтобы вынудить испанское правительство вывести войска из Ирака, сопротивление должно нанести болезненные удары по ним… Необходимо максимально использовать предстоящие всеобщие выборы в Испании в марте следующего года. Мы считаем, что испанское правительство не сможет выдержать больше двух, максимум трех ударов, после чего под давлением общественности оно будет вынуждено вывести войска».

тот факт, что внешнеполитические действия за границей послужили катализатором терактов внутри страны, не означает, что решения в сфере внешней политики должны быть продиктованы стремлением избежать подобных нападений

Шехзад Танвир, один из террористов, подорвавших себя в лондонском метро, также говорил об этом стремлении к принуждению: «То, чему вы стали сейчас свидетелями, только начало серии атак, которые продолжатся и станут еще мощнее до тех пор, пока вы не выведете свои войска из Афганистана и Ирака. И пока вы не прекратите оказывать финансовую и военную помощь Америке и Израилю».

Аналогичным образом Абид Насер Бенбрика, идеолог операции «Пенденнис», в рамках которой две группы австралийцев в Сиднее и Мельбурне планировали нападения на важнейшие объекты Австралии, также стремился использовать террор, чтобы заставить изменить австралийскую внешнюю политику. Бенбрика сказал, что мусульмане решительно настроены на насильственный джихад, чтобы убедить правительство вывести австралийские войска из Афганистана и Ирака.

Он сказал одному из своих приспешников: «Мы не хотим просто убить одного, двух или трех человек: если мы убьем тысячу, тогда они сядут и будут слушать, а потом вернут войска из Ирака». Бенбрика проповедовал, что нет различия между правительством и теми, кто избрал членов этого правительства.

Наконец, в заговоре 18-ти в Торонто в 2006 году заговорщики хотели совершить взрывы, которые были бы мощнее взрывов в Лондоне в 2005 году и «заставили бы Канаду вывести войска из Афганистана».

Претензии, удовлетворить которые невозможно

Однако тот факт, что внешнеполитические действия за границей послужили катализатором терактов внутри страны, не означает, что решения в сфере внешней политики должны быть продиктованы стремлением избежать подобных нападений.

Это связано с тем, что, как показывают события в Мадриде, даже если какое-то недовольство и удается снять, то все равно остаются другие причины для недовольства, удовлетворить которые невозможно. Среди обломков взорванного жилого здания недалеко от Мадрида были найдены изрезанные куски видеопленки. Это было последнее заявление членов группы, называвшей себя «бригада, расположенная в Аль-Андалузе» и совершившей теракты 11 марта 2004 года.

Помимо участия Испании в операции в Ираке члены ячейки ссылались на другую претензию – захват Испанией Аль-Андалуза (Испания), начавшийся в 1492 году, когда Фердинанд и Изабелла отвоевали у мавров Испанию: «Вы знакомы с испанским крестовым походом против мусульман и знаете, что прошло немного времени с момента изгнания из Аль-Андалуза и трибуналов Инквизиции. Кровь за кровь. Разрушение за разрушение»!

Так что даже если испанское правительство и вывело бы войска из Ирака, испанская оккупация Андалузии, начавшаяся в 1492 году, по-прежнему оставалась бы причиной для недовольства, служившей оправданием дальнейшего террора и дальнейшего принуждения до тех пор, пока положение не было бы исправлено, а удовлетворить это требование невозможно.

Более того, беседы с сотрудниками испанских спецслужб подтвердили, что несмотря на вывод испанского контингента из Ирака в 2005-2006 году, террористическая угроза Испании вовсе не снизилась: заговоры против Испании продолжались и достигли наивысшей точки четыре года спустя, когда в январе 2008 года в Барселоне были арестованы десять человек, участвовавших в операции «Кантата», предусматривавшей совершение терактов террористами-смертниками на общественном транспорте в Барселоне.

Политические руководители и сотрудники спецслужб не должны пытаться удовлетворить этот вечный перечень политических претензий, поскольку это невозможно. Вместо этого они должны и впредь принимать внешнеполитические решения, которые, по их мнению, отвечают национальным интересам страны, учитывая при этом потенциальные последствия этих решений и готовясь к ним.

Митчел Д. Силбер, бывший директор группы аналитиков разведданных Полицейского управления Нью-Йорка, автор книги «Фактор Аль-Каиды: заговоры против Запада» (The Al Qaeda Factor: Plots Against the West) и исполнительный директор по оперативной информации и анализу в «К2 Интеллидженс».