Три года назад, когда я был в Сараево, помню, как один местный житель сказал мне, что больше всего ему хотелось бы, чтобы поймали «Рата» и «спец К». Это были прозвища Ратко Младича и его политического хозяина – Радована Караджича. В тот момент всем казалось, что либо их защищали, либо они ушли на дно.
Теперь мы знаем, что на то, ни другое не было верно.
Три года назад, когда я был в Сараево, помню, как один местный житель сказал мне, что больше всего ему хотелось бы, чтобы поймали «Рата» и «Special K». Это были прозвища Ратко Младича и его политического хозяина – Радована Караджича. В тот момент всем казалось, что либо их защищали, либо они ушли на дно.
Теперь мы знаем, что ни то, ни другое не было верно.
Караджич прятался, но в основном за огромной бородой. Его местонахождение – центр Белграда – вряд ли можно назвать надежным убежищем. У Младича могла быть крыша в первые годы. Но когда его арестовали в начале года, местонахождение явно не было тайной. Он жил в скромном, неохраняемом доме своего двоюродного брата в деревне на севере Сербии.
В ноябре 2011 года исполнилось 16 лет с момента обвинения Младича в геноциде в Сребренице. Против него уже было выдвинуто такое же обвинение в связи с осадой Сараево, унесшей жизнь многих. Впервые в 2011 году семьи жертв Сребреницы увидели на скамье подсудимых человека, обвиняемого в убийстве членов их семей.
Младич, которого даже его непредсказуемый хозяин Караджич назвал сумасшедшим, отрицает свою вину.
В этом выпуске «Вестника НАТО» мы выясняем, поможет ли арест Младича затянуться ранам в семьях, странах и во всем регионе. Мы беседуем с боснийскими мусульманами и сербами, чтобы узнать их мнение об этом важном событии. И мы вновь размещаем видеофильмы, снятые в 2008 году, когда Караджич был арестован, чтобы посмотреть, какого прогресса удалось добиться с тех пор, если его удалось добиться.
В видео говорится, в частности, что геноцид нельзя искупить, посадив в тюрьму одного человека. В произошедшем в июле 1995 года в Сребренице и вокруг нее участвовали сотни, если не тысячи солдат. Но этими солдатами командовал и отдавал им приказы один человек. И отдать его под суд, даже несовершенный суд – лучше, чем если бы его никогда не арестовали.
